Warning: mysqli_stmt::bind_param(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 68

Warning: mysqli_stmt::execute(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 78

Warning: mysqli_stmt::bind_result(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 79

Warning: mysqli_stmt::fetch(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 80

Warning: mysqli_stmt::close(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 83
© Данная статья была опубликована в № 28/2002 журнала "Школьный психолог" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "Основы православной культуры"
  • Об интересных книгах и об удивительных судьбах
    ПРАВОСЛАВИЕ В СУДЬБАХ ОТЕЧЕСТВА

    Об интересных книгах
    и об удивительных судьбах

    Жил-был мальчик Дима. И была у него тетя, которая его очень любила. Как-то в день рождения Димы она пришла поздравить племянника. И, разумеется, принесла ему подарок.
    – А я тебе, Димок, смотри, какой презент принесла, – улыбаясь, сказала тетя Диме.
    И с этими словами извлекла из яркого шуршащего пакета три толстые книги с фиолетовыми обложками. Такие книжки Диме уже приходилось видеть на прилавках книжных ларьков. Это были приключения английского мальчика-волшебника Гарри Поттера. Первую из этих книг Дима уже успел прочесть, взяв ее на недельку у приятеля-одноклассника. Поэтому он имел представление о содержании этих книг. Однако этот самый Гарри Поттер был Диме совсем не по душе. Он с радостью сменял бы тетин подарок на "Книгу о Церкви" или на сборник нравившихся ему рассказов В.А. Никифорова-Волгина. Но, увы, как ни любила тетя своего племянника, этих книг она ему не подарила бы никогда. Потому что Димина тетя была неверующей. Или, скорее, верующей во что и в кого угодно, кроме Христа. Дима запомнил слова одного английского писателя о том, что если человек не верит в Бога, он начинает верить во все остальное. Именно к таким людям и принадлежала Димина тетя, верившая в существование какого-то "звенящего кедра" и "третьего глаза", но почему-то нетерпимо враждебно относившаяся к Православию.
    – Смотри-ка, Димок, – продолжала тетя, – что тут написано – "Мировой бестселлер". "Самая великая книга уходящего тысячелетия". "Дети и взрослые во всем мире с упоением читают эту книгу". Вот и ты ее возьми да почитай. Надо же не отставать от цивилизованного мира... А то ты, как я погляжу, все одно церковное читаешь... Что там у тебя на столе за книга? Опять жития святых? Да как ты можешь такое читать? Ведь скука одна...
    Трудно сказать почему, но эти тетины слова запомнились Диме. И навели его на невеселые размышления. А в самом деле, отчего это церковные книги читаются гораздо труднее, чем светские? И почему, когда он берет в руки жития святых или книгу, написанную церковным писателем, чтение их не увлекает его так, как это бывает, если он возьмется за чтение фантастики или приключений? Неужели тетя права и церковные книги действительно "скучные"?

    Так как у самого Димы не находилось убедительного ответа на этот беспокоивший его вопрос, он решил задать его своему крестному, отцу Николаю. Поэтому на следующий день, после школы Дима отправился в соломбальскую церковь, где служил отец Николай. Богослужение уже завершилось. Но отец Николай был в храме. Дима нашел его в церковном полуподвале, где он реставрировал старинную лампаду, недавно обнаруженную им на колокольне. Лампада была большая, медная, шестигранной формы, с украшением в виде кисти внизу и тремя подвесками по бокам. В каждую ее грань были вставлены яркие цветные стеклышки. Впрочем, когда отец Николай нашел эту лампаду, она представляла собой просто кучку грязного, позеленевшего от времени и сырости металла. Теперь же в умелых руках священника она приобрела совсем иной вид и смотрелась по-праздничному. Отец Николай собирался повесить ее в храме над царскими вратами. Там вы ее сейчас и можете увидеть сами.
    Отец Николай сразу заметил, что крестник чем-то озабочен. Когда же Дима поведал ему свои сомнения, священник вовсе не удивился и не стал укорять крестника.
    – А ведь ты кое в чем и прав, – сказал он ему. – Читать книги духовного содержания действительно труднее, чем книги светские. И неспроста. Ведь они служат не для развлечения, а для пользы душевной, для назидания. Святитель Игнатий (Брянчанинов) сравнивал сочинения святых отцов с "богатым собранием врачебных средств, где душа может приискать для каждого из своих недугов спасительное лекарство". Поэтому, чтобы попытаться отвратить людей от этого душеполезного чтения, бесы и внушают им, что читать такие книги будто бы скучно и утомительно. Когда-то слышал я историю про одного послушника. Приходит он к своему старцу и спрашивает, почему когда он читает Псалтирь, то испытывает скуку и почти не понимает содержания псалмов. На это старец ответил ему: "Зато бесы понимают смысл читаемого тобою, и боятся". Тот же святитель Игнатий писал, что из того, как вооружаются демоны на читающих творения святых отцов, можно понять, насколько спасительно для нас чтение таких книг. По его словам, уныние, скука и забывчивость, которые испытывают люди при чтении церковных книг, являются уловкой, путем которой бесы пытаются отбить у людей желание их читать. На самом же деле церковные книги —гораздо глубже по смыслу, чем светские. А часто они бывают еще и очень интересными. И это хорошо знают те, кто часто обращается к книгам духовного содержания. Взять хотя бы жития святых, подвизавшихся в нашей Архангельской епархии. Ведь судьбы этих угодников Божиих подчас оказывались настолько удивительными, что даже писателю с самой пылкой фантазией не удалось бы придумать ничего подобного.
    И чтобы убедить Диму в правоте своих слов, отец Николай рассказал ему о необыкновенных судьбах двух угодников Божиих из сонма святых Архангельской епархии. И я, насколько смогу, попробую сделать это для вас. Чтобы и вы могли убедиться в том, что жития православных святых могут оказаться не только поучительным, но еще и очень интересным чтением.

    Храм Покрова на Рву. XVI в. Храм Покрова на Рву. XVI в.

    События, о которых пойдет речь, происходили в конце XVI – начале XVII столетий. Тогда на Ярославской земле, в селе Ивановке, жил крестьянский мальчик по имени Никита. Как-то раз, помогая отцу работать в поле, он услышал, как кто-то зовет его. Только почему-то называет его совсем другим именем: "Никодим! Никодим!" Удивленный Никита рассказал об этом родителям. Тогда те объяснили ему, что голос этот означает то, что Господь призывает Никиту к монашеской жизни. Впрочем, в ту пору сам Никита вряд ли помышлял об иноческих подвигах. Ведь было ему тогда всего 12 лет. Чуть больше, чем Диме.
    Вскоре после этого родители Никиты умерли. И пришлось крестьянскому мальчику-сироте призадуматься, чем теперь ему жить и чем кормиться. Отправился Никита в Ярославль и поступил там в подмастерья к кузнецу. Когда же Никита освоил кузнечное ремесло, то решил отправиться в Москву. Придя туда, он познакомился и подружился с другим кузнецом, выходцем из Твери. Стали друзья вместе работать и, как говорится, "жить-поживать, добра наживать". Причем, будучи людьми благочестивыми, большую часть своих доходов отдавали беднякам. В свободное время Никита любил посещать для молитвы храмы и монастыри. А их в Москве было очень много. Поэтому-то испокон веков и звалась она "златоглавой".
    Однако враг нашего спасения позавидовал благочестивой жизни двух друзей и решил погубить их посредством одной злой и коварной женщины. Ею оказалась жена тверского кузнеца, с которым подружился Никита. Женщина эта ненавидела своего мужа и изменяла ему. А потом и вовсе надумала от него избавиться. А заодно – и от Никиты, которого она терпеть не могла за то, что своим благочестивым поведением он положительно влиял на ее супруга. Не зря говорится в Писании: ...благонравная жена приобретает славу мужу, а жена, ненавидящая правду, есть верх бесчестия (Притч. 11.16). И вот как-то раз злодейка сварила вкусный кисель и угостила им своего мужа и Никиту. Разве могли они знать, что в кисель был подмешан яд?.. Товарищ Никиты умер сразу. А Никита выжил, но с тех пор стал чувствовать постоянные боли в желудке, из-за которых уже не мог работать. Вылечить его медицина тех времен была бессильна. Оставалось только надеяться на Божию помощь. Разумеется, Никита просил Господа помочь ему. Но время шло, а болезнь не отступала. Однако Никита не роптал на Бога. Он терпеливо переносил свой неизлечимый недуг. И его терпение и мужество были вознаграждены Богом. Вот как это произошло.
    Когда Никита окончательно обнищал, то отправился на рынок, чтобы продать свое немудрящее имущество. И тут ему повстречался незнакомец, одетый в рубище. К удивлению Никиты, странный человек назвал его по имени. А потом попросил его рассказать о своей болезни. После чего посоветовал ему прийти в 6 часов "на ров, в собор Покровский", обещая по молитвам Пресвятой Богородицы исцелить его. Удивлению Никиты не было границ. Однако он не усомнился в словах незнакомца. И пришел в указанное время к Покровскому собору. Странный человек уже поджидал его. Он подал Никите небольшой сосуд и велел ему, осенив себя крестным знамением, отпить из него. Когда Никита исполнил все, что велел ему незнакомец, тот... исчез. И сразу же прекратились мучительные боли, от которых так страдал Никита. Тогда он понял, кем был исцеливший его незнакомец. И почему местом их встречи он избрал именно Покровский собор. То был святой Василий Блаженный, Московский чудотворец. Мощи его находятся как раз в Покровском соборе. Поэтому-то этот храм часто называют храмом Василия Блаженного.

    Святой Василий БлаженныйСвятой Василий Блаженный

    Так чудесным образом, через Своего угодника, блаженного Василия, Господь исцелил Никиту. Вскоре столь же чудесным образом Он призвал его и к монашеской жизни. А надо сказать, что после совершившегося с Никитой чуда он стал все чаще задумываться об уходе в монастырь.
    Как-то шел Никита через московскую окраину, прозывавшуюся "Кулишки". Здесь и повстречался ему прозорливый старец – юродивый Илия. Для далекого от веры человека их встречу можно было бы объяснить случайностью. Однако дальнейшие события показали, что она произошла именно по воле Божией, чтобы заставить Никиту окончательно порвать с мирской жизнью. Старца обступала толпа народа. Однако среди множества людей он приметил именно Никиту и обратился к нему с вопросом: "Откуда ты пришел сюда, хозьюгский пустынник"? Возможно, в ту пору Никита не знал, что такое Хозьюга и где она находится. Однако он понял одно – Господь призывает его к монашеской жизни. Он продал свое имущество и поступил послушником в Чудов монастырь. Архимандрит Пафнутий, настоятель Чудова монастыря, испытав терпение и смирение Никиты посредством различных послушаний, сделал его своим келейником. Под руководством этого опытного инока Никита воспитывал в себе такие монашеские добродетели, как смирение, послушание, нестяжание и любовь к братии. И достиг в них такого совершенства, что пользовался уважением и любовью со стороны всех насельников монастыря. В Чудовом монастыре он выучился грамоте и полюбил чтение Священного Писания и творений святых отцов. Несомненно, что это еще более способствовало его духовному возрастанию. Ведь, по словам святителя Игнатия (Брянчанинова), "верное руководство к небу, засвидетельствованное самим небом, – писания отцов. Чтение писаний отеческих — родитель и царь всех добродетелей".
    Осенью 1595 г. послушник Никита был пострижен в монахи. Причем монашеским именем его стало именно то имя, которым назвал его в далекие детские годы слышанный им тогда таинственный голос. Имя это было – Никодим. Под этим именем – преподобного Никодима Кожеозерского (или Хозьюгского) – он впоследствии был причислен к лику святых.
    В ту самую пору, когда преподобный Никодим жил в Чудове монастыре, среди тамошней братии был один молодой монах по имени Григорий, происходивший из обедневшего боярского рода Отрепьевых. Этого инока за его образованность, умение хорошо писать и сочинять каноны святым приблизил к себе тогдашний патриарх Московский и всея Руси Иов. Вместе с патриархом он часто бывал в царском дворце. Однако, как показали дальнейшие события, Григорий Отрепьев был иноком только по одежде. А в душе мечтал о ни кем и ни чем неограниченных почете, богатстве, власти. В конце концов он в открытую стал заявлять чудовским монахам: "Знаете ли, что я буду царем на Москве?"
    ...Не знаю, как вы, а Дима сразу догадался, кем стал впоследствии честолюбивый монах Григорий Отрепьев. В историю он вошел, как Лжедмитрий I, зловещий самозванец, присвоивший себе имя погибшего в Угличе благоверного царевича Димитрия, чтобы взойти на российский трон. С помощью недругов России – поляков – он действительно ненадолго стал "царем на Москве". Но вскоре был убит. И остался в истории нашей страны и в народной памяти ненавистным и презренным "Гришкой-расстригой".
    Но все это случилось позднее. А пока преподобный Никодим и Григорий Отрепьев жили в одном и том же монастыре. Однако в духовном отношении пути их были противоположными. Преподобный Никодим быстро совершенствовался. Тогда как инок Григорий, не желавший расстаться со своими честолюбивыми мечтами, по собственной воле все дальше и дальше шел путем погибели. Впоследствии он бежал из монастыря в Польшу, где отрекся от своего монашества и от Православия. Мы уже говорили о том, что впоследствии случилось с этим предателем.

    Кожеозерский монастырь. Современный видКожеозерский монастырь. Современный вид

    ...Спустя 11 лет после ухода преподобного Никодима в Чудов монастырь сбылись слова прозорливого старца Илии о том, что ему суждено стать "хозьюгским пустынником". Случилось это так. В 1606 г. архимандрит Пафнутий был назначен митрополитом Сарским и Подонским и переехал из Чудова монастыря в Крутицы. В это время и покинул Москву преподобный Никодим, давно желавший пустынножительства. Он сделал это с благословения митрополита Пафнутия, получив от него Владимирскую икону Божией Матери. Как раз в это самое время в Москве ненадолго воцарился Лжедмитрий I. Боясь быть узнанным, он велел удалить многих знавших его насельников Чудова монастыря в отдаленные обители. Однако сейчас никто уже не скажет, в какой степени уход из Москвы преподобного Никодима был связан с этими событиями: священномученик Никодим, епископ Белгородский, включивший житие преподобного Никодима Кожеозерского в свой Архангельский патерик, утверждал, что они могли послужить ближайшим побуждением для его ухода в давно желанную им "пустыню".
    Пешком, через непроходимые северные леса добрался преподобный Никодим до Богоявленского монастыря, что стоял в 11 верстах от города Онеги и прозывался Кожеезерским (в современном произношении – Кожеозерским). Странное название этого монастыря объяснялось тем, что он стоял на берегу озера, очертания которого напоминали расстеленную шкуру (или, как говорили тогда, "кожу").
    Впоследствии Дима попытался посмотреть по карте, где же находится это озеро и действительно ли оно по своим очертаниям похоже на шкуру. Однако в учебном атласе мира, которым он пользовался при изучении географии, отыскать Кожеозеро ему не удалось. В том месте, где оно находилось, было изображено озеро без указания названия, из которого выходила река, впадающая в реку Онегу. Однако это самое безымянное голубое пятнышко на карге действительно было тем самым Кожеозером, которое он искал. А река, вытекающая из него и впадающая в Онегу, прозывалась Кожа. Когда же любопытный Дима решил посмотреть, как выглядит Кожеозеро на карте Архангельской области, то никак не мог понять, чем же его очертания могут напоминать расстеленную кожу. По своим контурам оно скорее было похоже на морского конька или на полулежащего человечка. Но тем не менее именно потому, что кому-то вид этого озера все-таки показался схожим с видом расстеленной кожи, оно и получило свое странное название.
    Монастырь, стоявший на берегу Кожеозера, был настоящей "пустыней", окруженной дремучими лесами. Даже сейчас он считается самым труднодоступным из всех существующих обителей. Добраться туда можно только пешком по лесной тропе. Что же говорить о далеком XVII в., когда один-одинешенек брел туда по лесным чащобам преподобный Никодим!..
    Кожеозерский монастырь был основан в середине XVI в. Множеством угодников Божиих, которые жили и подвизались в нем, прославилась эта обитель не только на Архангельской земле, а и по всей России. От его основателя – преподобного Нифонта – до последнего из настоятелей, игумена Арсения, принявшего вместе с несколькими монахами 9 октября 1918 г. мученическую смерть от рук богоборцев. В Кожеозерском монастыре прославились своими подвигами преподобные Боголеп, Лонгин и Авраамий. А преподобные Герман, Корнилий и Леонид Устьнедумский, положившие начало монашеской жизни в Кожеозерском монастыре, впоследствии сами основали обители в различных местах Севера России. В середине XVII века настоятелем Кожеозерского монастыря был иеромонах Никон, впоследствии патриарх Московский и всея Руси. Но наиболее замечательной была судьба преподобного Серапиона Кожеозерского. Именно ему, по воле Божией, суждено было стать строителем этого монастыря

    Кожеозерский монастырь. Современный видКожеозерский монастырь. Современный вид

    По своему происхождению преподобный Серапион не был северянином. Более того, он не был даже русским человеком. Он родился в Казани и был сыном одного из татарских царьков. Звали его Турсасом Ксангавировичем (или Гравировичем).
    Возможно, кого-то удивит то, что в сонме преподобных отцов северного монастыря оказался святой, который был выходцем из столь южных и отдаленных краев, как татарское Казанское царство. Однако Дима, услышав об этом от отца Николая, нисколько не удивился. Ведь он прочитал много житий русских святых. И поэтому знал, что некоторые из них по своему происхождению не были уроженцами России. Однако несмотря на то, что родиной этих святых были чужие земли, родной верой для них стало Православие. Были среди них и татары. Например, преподобный Петр, царевич Ордынский, живший в XIII в. и приходившийся племянником хану Бергаю. Он по собственному желанию покинул Орду и поселился в Ростове, где и принял православную веру. Близ Ростова он основал храм в честь Святых апостолов Петра и Павла, при котором возник мужской монастырь. Позднее, в глубокой старости, в этом монастыре постригся и был погребен и сам его основатель – преподобный Петр. В том же столетии в Великом Устюге, хотя и вынужденно (под угрозой смерти), но искренне принял православную веру татарский баскак (сборщик дани) Буга. В крещении он получил имя Иоанн, а женой его стала русская девушка Мария. Впоследствии за свою благочестивую жизнь праведные Иоанн и Мария были причислены к лику святых и почитаются как одни из небесных покровителей Великого Устюга. В древних рукописных святцах они даже именовались "начальниками" этого города. Внуком татарина – баскака – был и дед преподобного Пафнутия Боровского, названный при крещении Мартином. Впрочем, в сонме русских православных святых были и выходцы из других, как говорили в старину, "заморских" стран. В их числе – праведный Прокопий Устюжский, который до своего обращения в Православие был иностранным купцом и вел торговлю в Новгороде. А в XX столетии на Российской земле приняли страдальческую кончину мученица царица Александра Феодоровна и ее сестра преподобномученица Елизавета. Они были немецкими принцессами. Но это не мешало им стать и быть, по выражению А.С. Пушкина, "русскими душою". И остаться верными России и Православию "даже до смерти".

    Кожеозерский монастырь. Современный видКожеозерский монастырь. Современный вид

    Татарский царевич Турсас попал в Россию не по доброй воле. Когда в октябре 1566 г. царь Иван Грозный завоевал Казань, он был привезен в Москву вместе с другими знатными казанскими татарами. Таким образом, там он был хотя и в почетном, но все же плену.
    В Москве юный татарский царевич поселился в доме своего родственника, боярина Захарии Плещеева. Когда же Турсас узнал православную веру и принял ее всем сердцем и душой, он принял святое крещение с именем Сергий. О глубине веры юного Сергия можно судить по тому, что он не захотел остаться в столице, как это сделали многие его соплеменники, а отправился странствовать по святым местам России. В скитаниях он провел около четырех лет. В том, что юный Сергий пришел на Кожеозеро, нельзя не видеть руку Божию, направившую его именно туда. Там он остался навсегда, став преданным учеником преподобного Нифонта. Впоследствии, когда Сергий прошел послушнический искус, преподобный Нифонт постриг его в монашество, назвав Серапионом.
    Позднее, когда к двум пустынникам стала собираться братия, преподобный Нифонт отправился в Москву, чтобы хлопотать об открытии монастыря. Однако вскоре по приходе в столицу скончался, не успев исполнить задуманного. Тем временем в Кожеозерской обители начался голод. Тогда преподобный Серапион отправился собирать подаяние для монастырской братии по окрестным селам. Благодаря его стараниям насельники Кожеозерской обители были спасены от голодной смерти.
    Впоследствии, в 1585 г., преподобный Серапион сам отправился в Москву, чтобы просить царя Феодора Иоанновича об устроении Кожеозерского монастыря и о пожаловании ему земельных угодий. Его путешествие в Москву увенчалось успехом – митрополит Дионисий благословил его устроить монастырь, а благочестивый царь Феодор наделил обитель землями. Впоследствии, 14 лет спустя, преподобный Серапион еще раз побывал в Москве вместе со своим учеником, преподобным Авраамием. При этом он был назначен строителем Кожеозерского монастыря, а преподобный Авраамий посвящен во иеромонахи. По своему смирению преподобный Серапион отказывался от начальствования в монастыре, число насельников которого к этому времени достигло около 40 человек. Мало того – он безропотно терпел обиды, которые причиняли ему некоторые из непослушных братий. Преподобный Серапион почил о Господе 27 июня (10 июля по н. ст.) 1611 г. Завершая рассказ о нем, следует сказать, что впоследствии семеро его учеников были причислены к лику святых.
    Преподобный Никодим пришел в Кожеозерский монастырь еще при жизни преподобного Серапиона. Он прожил в этой обители полтора года, неся послушание в просфорной. А затем, с благословения преподобного Серапиона, удалился на пустынное житье на речку Хозьюгу. Преподобный Никодим поселился верстах в пяти от монастыря. Пищей ему служили овощи, которые он выращивал на огороде, а также рыба. Правда, он позволял себе есть ее лишь тогда, когда она начинала гнить. Все его время было занято молитвой и трудом. Отдых он позволял себе лишь кратковременный, причем спал стоя. Такую жизнь, превосходящую человеческие силы, "Богу содействующу", на протяжении многих лет вел преподобный Никодим.

    Живя в полном одиночестве, он претерпевал всевозможные лишения. В том числе – и многочисленные нападения бесов. Они угрожали ему: "Уходи отсюда, злой монах, иначе мы тебя погубим!" Какие только страшные и соблазнительные образы не представляли они ему! Однажды, когда он пошел к реке за водой, перед ним внезапно очутилась пленительного вида красавица в яркой одежде. Однако преподобный Никодим, прочитав молитву, ударил палкой по призраку. Тот мгновенно исчез. И перед преподобным Никодимом очутилось гнилое дерево. Не сумев одолеть преподобного Никодима угрозами и наваждениями, бесы попытались добиться этого хитростью. И вот как-то раз они предстали ему толпой и заявил, что больше не станут его тревожить. Они надеялись, что преподобный Никодим, возгордившись своей победой над ними, сочтет себя достигшим совершенства, ослабит молитвенные подвиги и легко станет жертвой их коварства. Однако когда лукавые бесы немного времени спустя явились к подвижнику снова, они увидели, что тот не придал никакой веры их словам и подвизается так же ревностно, как и прежде. Тогда они навсегда оставили его.
    Выдерживая ежедневную жестокую борьбу с бесовскими нападениями, преподобный Никодим отражал их молитвой, которую сложил сам. Текст ее можно найти в Архангельском патерике священномученика Никодима, епископа Белгородского. Вот эта молитва: Владыко Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, Слово Отчее! Не посрами мя грешнаго, на Тя уповающаго и прибегающаго к Тебе, Человеколюбче Боже всякаго утешения! Щедрый и Милостивый Господи, прежде век и ныне и всегда сый! Отжени от мене, раба Твоего, возстающаго на мя и борющагося со мною диавола. Се бо, яко лев, ходяй, ищет кого поглотити. Такожде убо и на мене, раба Твоего, днесь вооружается и хощет мя пожрети. Но не предаждь мене, Господи, обидящим мя, яко благословен еси во веки веков. Аминь. Замечателен комментарий, который дал этой молитве "от соблазна" священномученик Никодим: "Не много слов в этой молитве, но много силы. Глубокая вера слышится в ней. Вера во всемогущество Божие, уверенность в принадлежности себя к Церкви Христовой и надежда на помощь Иисуса Христа, пред именем Которого, поэтому так часто призываемым в молитве, преклонится всякое колено небесных и земных и преисподних (Фил. 2.10)". Со справедливостью этого утверждения невозможно не согласиться.
    Современным христианам остается только удивляться тому превосходящему человеческие силы образу жизни, который вел преподобный Никодим. Его по справедливости можно было назвать равноангельским. Впрочем, столь строгое подвижничество оказывалось не под силу даже его современникам. Так, некий иеромонах Феодосий решил по примеру преподобного Никодима, стать пустынножителем. Он пришел к нему просить благословения на этот подвиг. Однако преподобный Никодим, удостоенный от Господа дара прозорливости, не дал ему благословения на этот, самочинно взятый им на себя подвиг. Тогда Феодосий самовольно исполнил свое желание. Однако, недолго удалось Феодосию вести образ жизни, на который он не имел благословения Божия. Вскоре инок-самочинник впал в такое искушение, что вынужден был совсем уйти из монастыря.

    Фото Евгения КрыловаФото Евгения Крылова

    В полном одиночестве, которое нарушали только приходившие к нему лесные звери, преподобный Никодим прожил 35 лет. Свое уединение он прервал только за 44 дня до своей кончины. Будучи извещен о ней явлением святителя Алексия Московского и преподобного Дионисия Радонежского, он пришел в Кожеозерский монастырь, где причастился Святых Христовых Таин. Там 3 июля (по н. ст. – 16 июля) 1640 г., около 3 часов дня, преподобный Никодим отошел ко Господу. Бог прославил своего угодника даром чудотворений. После кончины преподобного Никодима от его гроба, а также от его монашеской мантии и посоха стали совершаться исцеления больных. Многих заблудившихся путников и гибнущих во время бури мореплавателей, призывавших на помощь преподобного Никодима, он спасал от неминуемой гибели. Поэтому его почитали как на Архангельской земле, так и за ее пределами.
    Тут Дима вспомнил, что в Свято-Ильинском кафедральном соборе у правого клироса он видел старинную икону преподобного Никодима Кожеозерского. Она была большая, в серебряной ризе. У левого клироса находилась икона Божией Матери "Всех скорбящих Радосте", того же размера, в такой же ризе и, похоже, написанная тем же самым иконописцем. И Дима подумал, что, возможно, иконы эти появилась в соборе благодаря тому, что некий, безвестный сейчас человек, попав в беду, избежал ее по молитвам к Пресвятой Богородице и преподобному Никодиму. А в благодарность за это заказал и пожертвовал в храм иконы Божией Матери и преподобного Никодима, украсив их серебряными окладами. Однако так это было или нет – об этом сейчас не смог бы сказать никто.
    Пока он вспоминал об этом, отец Николай закончил свой рассказ о преподобных Серапионе и Никодиме Кожеозерских. И тогда Дима задал ему вопрос, который он не мог не задать, чтобы история о Кожеозерском монастыре и его угодниках не осталась незавершенной. Потому что Дима знал, что в начале 1920-х гг. все монастыри Архангельской епархии были закрыты богоборцами и подверглись разрушению. И отнюдь не все из них сейчас восстановлены или восстанавливаются. Поэтому он спросил крестного:
    – Отец Николай, а есть ли сейчас на Кожеозере монастырь?
    Отец Николай улыбнулся.
    – Есть, крестник. Правда, сейчас он только начинает возрождаться. Много бед пережил этот монастырь в послереволюционные годы. Осенью 1918 г. его последний настоятель, игумен Арсений, вместе с несколькими монахами был убит большевиками. А вскоре Кожеозерская обитель подверглась закрытию. Весной 1919 г. были сняты и разбиты монастырские колокола. Безбожники осквернили мощи почивавших в Кожеозерской обители преподобных Никодима и Серапиона. А в зданиях монастыря была устроена артель, называвшаяся "Северная коммуна". Почти на 80 лет прервалась монашеская жизнь в Кожеозерском монастыре. Но в 2000 г. Священный Синод благословил открытие Кожеозерского монастыря. Сейчас в нем живет один иеромонах – отец Михей, перешедший туда 4 года назад из Оптиной пустыни. В монастыре уже совершаются богослужения в восстановленном храме в честь Тихвинской иконы Божией Матери. И, возможно, недалеко то время, когда, по молитвам преподобных Серапиона и Никодима и других угодников Божиих, подвизавшихся в Кожеозерской обители, она возродится в прежних красе и величии.

    Статья подготовлена при поддержке интернет-магазина «Великий Город». Если Вы решили приобрести качественные и надежные православные книги, то оптимальным решением станет обратиться в интернет-магазин «Великий Город». На сайте, расположенном по адресу www.Velikigrad.Ru, вы сможете, не отходя от экрана монитора, заказать православные книги почтой и по выгодной цене. В интернет-магазине «Великий Город» работают только высококвалифицированные специалисты с огромным опытом работы с клиентами.


    ...Вот и конец нашей истории про Диму и его крестного, отца Николая. А что до ответа на вопрос, что же все-таки интереснее и полезнее читать – романы да приключения или духовную литературу, – пусть каждый подумает и решит для себя сам.

    Преподобные Серапионе и Никодиме, молите Бога о нас!

    Монахиня ЕВФИМИЯ (Пащенко), Архангельск

    TopList