Warning: mysqli_stmt::bind_param(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 68

Warning: mysqli_stmt::execute(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 78

Warning: mysqli_stmt::bind_result(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 79

Warning: mysqli_stmt::fetch(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 80

Warning: mysqli_stmt::close(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 83
© Данная статья была опубликована в № 19/2002 журнала "Школьный психолог" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "Основы православной культуры"
  • Стояние в добре
    ПРАВОСЛАВНАЯ ПЕДАГОГИКА

    Стояние в добре

    Нравственное воспитание детей в летнем православном лагере

    Сегодня представления о нравственном и гуманном воспитании детей в сознании многих людей перемешались. Само по себе латинское слово "гуманный" (милосердный, человечный) по толковому словарю Даля не имеет отрицательного лексического значения. Но в приложении к нравственному воспитанию оно резко меняет саму его суть. В нынешнем понимании гуманное воспитание выступает как потакание всем страстям. Как туман в лесу все обволакивает и скрывает, подобным образом и гуманное воспитание не распознает в детях греха и поэтому не может истинно различить в них добра и зла. Оно не верует в Бога и превращает ребенка в самоценное существо. Опасность греха отступает, приходит чувство ложного благополучия, когда теряется необходимость работать над собой.
    Основанием нравственного воспитания является Закон Божий, вложенный в нашу душу, хранимый совестью и словесно раскрытый в Священном Писании и трудах отцов Церкви.
    Воспитание, основанное на Божием Законе, берет начало не от своих хотений и происходит не потому, что нам или детям так нравится, оно складывается не из своих интересов, а исходит из Закона, данного нам Богом. Оно требует спасения каждой души от греха, проклятия и смерти. Поэтому мы в ответе перед Богом за то, чему научим своих детей и в чем их возрастим.
    С другой стороны, воспитание детей требует опоры на практический опыт Церкви. В детском поселении необходимо было найти образец такого опыта, поэтому три года назад на одном из педсоветов мы занялись изучением русской старины, стараясь выяснить, какие нравственные качества были присущи младенцам, отрокам и юношам в середине ХIХ века и какие из них возможно было использовать в наших условиях. Когда все качества были разложены по возрастам, получилась как бы лестница восхождения ребенка из силы в силу, во взрослую жизнь. Предметом нашего внимания стали три качества: послушание, почитание и сознание своих поступков. Они были присущи уже младенческому возрасту, то есть детям до 7 лет. Качеств можно брать и больше, но мы остановились на этих трех, на наш взгляд, основополагающих...

    Известно, что детям до 7 лет свойственно послушание. Оно в ребенке изначально заложено Богом. Ребенок верит всему, что ему говорят, все принимая за чистую монету, и легко исполняет родительскую волю. Ему хочется служить маме, слушаться папу. Почему же тогда это доброе свойство в ребенке не сохраняется в последующем?
    В старину в благочестивой семье качество послушания особенно ценилось всеми. Как не может из одного источника течь сладкая и горькая вода, так и от родителей, воспитателей, учителей, дедушек и бабушек не исходили ложь, лукавство, насмешка, издевательство. Честь, достоинство, доброе имя, справедливость ими хранились, и потому дети к возрасту малого отрочества – к десяти годам – имели в своем характере глубоко укорененное послушание. Оно происходило из почитания старших и проявлялось в способности внимать совету и исполнять его, то есть следовать не своей воле, а тому, что было приказано. Плоды такого отношения к детям были явными и воодушевляли к большему.
    К двенадцати годам ребенок уже сам искал совета, испрашивая его у более опытных. В вере наученный от старших и опытных людей воспринимать волю Божию, он обращался к ним просто и естественно, не держа за душою чего-то своего.
    К четырнадцати годам родители научали ребенка слышать в обстоятельствах жизни особый Промысл Божий о себе. Старший отрок мог воспринимать благую волю Божию не только от более опытных, но и от любого человека, взрослого или ребенка. Послушание его становилось в разуме по вере, ибо Господь подает вразумления как Ему угодно. "Нет худа без добра"; "все, что Бог дает, все к лучшему" – умей только уразуметь уроки Господни. Отсюда исходят степенность и основательность в характере, несмотря на вполне юный, по нашим меркам, возраст, способность не унывать, не удручаться, но стойко переносить бури жизненных событий. В повиновении родителям ребенок был до женитьбы. В дальнейшем жизнь его строилась уже на сугубо нравственно-духовном основании.

    Рассмотрим второе качество – почитание. Дитя расположено к почитанию: "Мой папа – самый сильный, а моя мама – самая добрая". Для ребенка его родители – особые: самые лучшие, самые-самые. Разве это – не почитание своих родителей? А когда ребенок пытается услужить, помочь? Мама несет тяжелую сумку, а ее пятилетний сын говорит: "Мама, давай я тебе помогу". "Папа, сделай мне лопату, я буду с тобой копать", – он желает быть нужным, ищет помочь, поучаствовать.
    В этом возрасте к ребенку нужно особенное внимание, чтобы не пропустить, поддержать все проявления его почитания. Если вместо этого родители или воспитатели начинают отмахиваться от ребенка: "без тебя обойдусь", "иди поиграй", "не до тебя" и др., – детская душа уязвляется. Когда ребенка обидят, то самолюбие и гордость теперь оживают и поддерживаются последующими уязвлениями, подспудно развиваясь в его душе.
    В старину детское почитание получало поддержку матери. Мудрым материнским сердцем она слышала детское чувство, участвовала в нем.
    Почитание – это не уважение, как сейчас понимают это слово. В нынешнее время уважение оказывается за проявленные способности, за выполненные услуги, за ответные признания и признательность. В таком уважении есть корысть. В почитании корысти нет, оно свободно, так как почитается любой человек, старший по возрасту, по положению. Почитается сам человек, и основанием этому служит заповедь: Чти отца твоего и матерь твою (Исх. 20, 12).
    У нас же слово "уважение" на слуху, а вот общая атмосфера почитания старших исчезла, и как следствие этого, нынешнее уважение стало корыстным: уважаем тех, от кого что-то имеем или кто нас уважает. Либо уважаем человека за его заслуги, за его мастерство, и полагаем, что в этом нет никакой корысти. Вот и получается, что если нет навыка почитать других за то, что они образ Божий, то и уважать кого-либо бескорыстно не получится.
    К десяти годам ребенок умеет дружить. А дружба, по святым отцам, – это быть совестливым по отношению друг ко другу, уметь услужить ближнему и уметь взаимодавать, то есть взаимодавство. К двенадцати – ребенок уже сам откликается на беду ближнего, то есть он слышит эту беду, его не надо нацеливать, он сам ее чувствует. К двадцати четырем годам почитание обращается в чувство такта. Это означает, что он может выразить истинное существо всякого дела очень кратко, по сути, и выразить его так, что никого не оскорбит выражением, не восстановит ни против себя, ни против мысли своей даже несходных с ним людей.

    Третье качество – осознание своих поступков.
    Ребенок в семь лет учился уже осознавать свои поступки. К десяти годам обретается способность оценивать свои силы. Он знает, на что способен, что может. К двенадцати – умеет держать слово при любых обстоятельствах и всякое дело доводит до конца. К четырнадцати – отрок самостоятельно владеет делом. К семнадцати годам он уже владеет хозяйством, и дело не просто ведет, а ведет его с особым радением о нем. Он заботлив. К двадцати одному году он уже надежен в жизни.
    Такими были наши деды, прадеды. Такие качества они реально имели. Это не надуманно, так было у нас на Святой Руси.
    Сравнивая детей сегодняшних с детьми крестьянской православной России, мы видим непреодолимую разницу. В то же время образ детства, отрочества и юности Древней Руси открывает нам общий взгляд на нравственные качества, которые необходимо развивать в детях, и дает естественный порядок и последовательность их обретения во времени.
    Конечно, эти качества не могут теперь соответствовать определенному возрасту. Нам остается просто догонять их, невзирая на возраст. А уж до какого из них удастся добраться в каждом ребенке, теперь как Бог даст.
    Есть здесь еще одна, более грустная сторона. Дети под наше влияние приезжают только на двадцать один день летней смены лагеря. Некоторые из них задерживаются на две смены. Много ли можно сделать за это время? Немного. Остальное ложится на плечи родителей, на церковные приходы, на воскресные школы. Если они смогут подхватить наш труд по нравственному воспитанию и продолжить его, детям будет большая польза. Что же удается сделать за время летней смены детского лагеря? Вот небольшой перечень качеств благочестия, над которыми мы трудились.
    Это прежде всего желание благословения и умение хранить его, восстанавливая при утрате. Далее – послушание старшим и забота о младших. Затем – хранение чистоты, порядка и уюта в комнатах и жилых корпусах, совершаемые из нравственного чувства, но не из страха перед наказанием или желания быть победителем в соревновании за чистоту комнат.
    Далее – отклик на нужду. Потом – начатки труда в его нравственном значении по апостолу Павлу: Питайся от дел рук своих. Почитание Церкви, ее обычаев и уклада, почитание Бога. Наконец, хранение мира друг с другом.
    Приведем зарисовку из жизни лагеря.

    О труде нравственном. Нравственные силы детей слабенькие. К примеру, дети трудятся на огороде. Идет полив. Каждый – со своей пластмассовой двухлитровой бутылкой вместо лейки. Вижу – К., еле волоча ноги, передвигается по тропинке. Лицо измученно, руки едва держат бутылку. "Что с тобой?" – спрашиваю. "Устал, разрешите отдохнуть?" – "Так ведь и десяти минут не трудился, когда же ты успел устать?" И видно, что не врет, – весь вид об этом говорит. "Ну да ладно, отдохни". Вид у него такой, будто он рухнет сейчас на траву и, не поднимаясь, пролежит все отведенное время.
    Но мы видим совершенно другой ход развития событий. Наш К., оставив бутылку где стоял, пускается бежать за оставленным в кустах мячиком, по пути успевая покрутиться на качелях, повисеть на перекладине и забраться по канату вверх. Вот так устал! Откуда силы взялись? А это силы на службе самоугодия, а то были силы нравственные.
    В течение смены не раз обращаешь внимание ребенка на такую его перемену и потихоньку опять ставишь его в ситуацию, где нужно самоотвержение. Для самого ребенка это как бы само собой разумеющееся; мол, по-другому и быть не может, ведь гулять лежа нельзя. Но ты, зная причину, помогаешь ему эту силу над собой взять в свои руки.
    В православном детском поселении религиозное воспитание начинается с нравственного так, что нравственное погружается в религиозное. Апостол Павел в своем послании уверяет нас, что не духовное прежде, а душевное, а потом духовное (1 Кор. 15, 46).
    Нравственность без религии, что дерево без корня, но и религия без нравственного – что дерево без плода. Именно поэтому детям нужны не знания о религии, а личный опыт преодоления своих пороков. С веры все начинается, она дает силы, служит основанием, но первая ступенька борьбы лежит во нравственном.
    Итак, для детей, только узнавших о Христе, будет достаточным хотя бы подвести к труду уклонения от зла и творения блага. Со всеми остальными в таком лагере, не первый год ходящими в храм, наш опыт и состояние современной Церкви показывают, что необходимо сугубо заниматься нравственным воспитанием детей, даже если они ходят в храм, воскресную школу и имеют в своем обиходе православную терминологию.
    Рассматривая вопрос о нравственном воспитании, увидим две его стороны. Первая – это труд над изменением нравов, обычаев, принятых в детской среде, а вторая – личное исправление себя... О первой стороне мы поговорим позже, а пока вначале исследуем вторую сторону вопроса. Что же является по сути нравственным воспитанием ребенка? Воспитание, ведущее к улучшению нрава, ответят многие.

    А что это такое по сути? Какое место в ребенке занимает нрав, мы выяснили, а вот что есть его первопричины, еще нет. А может, сам ребенок и ни при чем, скажут некоторые, просто требуется обучить его правилам приличия... Внешним блеском мы, конечно, многое изменим, но вот только благодать Божия в злохудожную душу не внидет.
    Чувство долга и обязанности – это правая и левая рука нравственного закона. Основанием нравственного развития является, по В. Далю и С.И. Ширскому, – самоотвержение. С этого основания мы и начинали работу в детском лагере. Во-первых, это строгий подъем – 7.00. В течение 7 минут семейка в полном составе бегала на речку разминаться и закаляться особенно. Два момента прививались детям. Первый – навык вставать с постели сразу, как открылись глаза, то есть не нежиться. Второй – решительно заходить в воду, невзирая на погоду. Присутствие на регулярном молитвенном правиле и посещение богослужений также вырабатывали навык самоотвержения. Объем молитв был на выбор – от трех молитв (малая молитвенная горница) до полного правила (большая горница).
    Важными добродетелями, над которыми воспитатели трудились в поселении, являются: мужество, терпение и справедливость. Две силы формируют нрав дитяти – сердце и воля. Воспитанию воли уделялось в поселении особенно много внимания. Всякое своеволие порицалось. Было наложено три, на наш взгляд, посильных по нынешнему состоянию детей, категорических запрета: первый – нельзя выходить за территорию лагеря без взрослых; второй – нельзя купаться без разрешения воспитателя; и третий – нельзя причинять вред растениям на территории лагеря. В течение дня требовалось послушание воспитателям и испрашивание на все разрешения и благословения в случае серьезного предприятия. Для домашних детей это несложные запреты. Для детей из детского дома – сущее мучение и каторга.
    Мужество состоит в собранности и неодолимости благого расположения воли. Приходилось учиться стоянию в добре. Мешал навык малодушия, трусости, себяжаления. Одним из простых благоугодных дел является ежедневное наведение чистоты и порядка. Для невоспитанной воли это сущее мучение. Если предварительно не расположить сердце к чистоте и порядку, то детям трудно идти к такому важному навыку. С его обретением воля укрепляется в мужестве.
    Справедливым надо быть в мышлении, чувствовании и поступках. Без этого душе не выздороветь. Нашему народу всегда было присуще искать правду Божию по слову Самого Спасителя: Прежде всего ищите Царство Небесное и правды Его.
    Как быть справедливым с ближними, говорит Господь в Евангелии: Не судите, да не судимы будете... Во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки (Мф. 7, 1–2, 12).

    Для нашей души быть честным, искренним, правдивым – воздух. Дети эту добродетель особенно чувствуют, она им близка. Но именно ее закрывают в ребенке различные переживания. Так, многие дети улавливаются "справедливостью" (что есть не что иное, как зависть), не сознавая того. Им кажется, что другие семейки живут лучше: они чаще купаются, меньше трудятся, больше гуляют. А по чувству "справедливости" они требуют правды. Возникает петля, которая на первых порах выбивает воспитателя из ясности. Как же быть? А надо пойти не за требованиями "справедливости", а развеять кажущееся. Тогда ребенок и сам поймет, что неправ.
    Детям свойственно следовать за воспитателем в точности, но не за тем, что он говорит, а тем, что делает. Вспоминается такое наблюдение со стороны. Идет обед. Чтение прервано, так как был сильный шум. А правило такое: "Как только прекращено чтение, все прекращают есть, пока оно не возобновится", для того чтобы восстановилась тишина. Старший воспитатель, сидящий за столом, также перестал есть. Наступала тишина долго, непонятно почему. Неожиданно для себя я заметил, как дети зорко следили, но не за чтецом, а за возглавляющим стол. Не о тишине радели дети, а о том, чтобы следовать за старшим воспитателем. Случайно его рука потянулась за хлебом, и как по команде дети сделали то же самое, продолжая наблюдать. Они не ели, но шумели. При этом они все повторяли то же, что делал в этот момент старший воспитатель. Хотя он не шумел, но ребята не искали тишины, потому что он сам не радел о ней. В держании правил оказался небрежным, и тем дал детям повод. Вот такая, казалось бы, мелочь.
    Без терпения и мужества не может быть никакой добродетели. Терпению надо тоже учить. Если ребенок не научен терпеть боль физическую, то и душевную боль (уязвление, напраслина, досаждение и т.п.) он не в состоянии потерпеть. Какие к тому есть упражнения? Потерпеть физическую немощь на турнике, во время бега или несения сумок. Потерпеть голод при подготовке к таинству Причастия, жажду, холод при хождении утром по росе и т.п. Потерпеть боль при хождении босиком по камушкам, потерпеть укус муравья, комара. Тем подготавливается душа к терпению душевной боли.
    Чтобы дети были ответственными, в семейках проводились советы, на которых подводились итоги дня. Ребята спрашивали друг с друга участие в жизни семейки, их поступки за день здесь же получали оценку. Трудности разрешались, и планировался следующий день. Второе действие – спросить с себя. В одной из семеек для этого было предложено детям самим отмечать в конце дня плоды жизни за день на "дереве семейки", нарисованном на ватмане. Дети с удовольствием, каждый на своей ветке, за этот день рисовали: либо плод (подписывая его), либо сухие сучья (если день был мрачен и состоял из сплошных недоразумений), либо зеленые листочки, которые говорили о беззаботно проведенном времени. Для двух ребят такое ежедневное исследование себя оказалось вообще не под силу, так как они этим никогда не занимались.
    В работе с детьми мы встретились с таким явлением, как "нравственное напряжение". Без него не может быть никакого педагогического дела. Не идет, например, ребенок на молитвенное правило, посещение которого обязательно. Ты ему говоришь: "Пойдем, помолимся". А он в ответ: "Не хочу и не буду" – и ложится на кровать. Что ты как воспитатель при этом переживаешь? Каждый переживет что-то свое. Естественно, что в ответ на действия ребенка возникнет внутреннее напряжение. Но будет ли это напряжение нравственное? Не всегда. Чаще будет чувство возмущения или досады, что ребенок не хочет выполнить твою волю.

    Что же есть тогда нравственное напряжение? Оно возникает не по причине уязвленного самолюбия воспитателя. Так, по Исааку Сирину, попечение о ближнем рождает скорбь, скорбь рождает добродетель. Ты не можешь его так оставить. Потому что неладное происходит с его душой.
    Как поступить? Что делать? Напряжение этого вопроса, вызванное попечением о ребенке и скорбью к Богу за него, и есть нравственное напряжение. Не сразу может прийти ответ. Порою в этом напряжении поиска, размышления и молитвы можешь ходить и день, и два, и три. И лишь спустя какое-то время из этого нравственного напряжения начинают рождаться слова, необходимые ребенку, которые он услышит и через что послушается тебя. Не потому, что ты подчиняешь его своей воле, но потому, что ты подчиняешь его воле Божией и Божией любви.
    Подобных моментов у воспитателей за смену бывает много. Возвратимся к ситуации, когда ребенок не хочет идти на молитвенное правило. Приведем пример с 13-летним подростком. Его непослушание и нежелание идти на молитву может стать соблазном для остальных. Современным детям богослужение дается очень трудно, и требуется много себя понудить, чтобы отстоять службу. "Ты хочешь лежать. Хорошо, лежи. Только вначале пойдем, и ты сам об этом скажешь Богу. Потом придешь и будешь лежать сколько угодно. Я за тебя Богу говорить не буду". Отрок задумался, пошел в Церковь и остался там. Больше такого с ним не повторялось.
    Нравственное напряжение возникает и тогда, когда все внешнее отрегулировано и никаких дисциплинарных замечаний нигде нет.
    На одном из этапов воспитатель устроил следующую нравственную ситуацию. Он, разговаривая с детьми, встал на чурбачок ногами и слегка перекатывался на нем. В конечном итоге инсценировалось падение. В первый раз он упал по-настоящему, не успев отрепетировать. Что при этом открылось? Какова была реакция детей? Смех. Большинство остались стоять на месте. Все "нормально": смеются, забавляются. Весело! Лишь два ребенка бросились помогать. Остальные даже недоумевали, почему у них за этот случай "незачет". Детей, которые не смеялись, было на весь лагерь несколько человек.
    Я привел этот пример, так как он имел дальнейшее развитие и разрешение. Вечером на линейке, при подведении итогов, воспитатель стал разъяснять суть нравственной ситуации. Воспоминание этого этапа вызвало дружный смех всего лагеря. В этот момент сильный порыв ветра сорвал флаг "Страны детства" (название лагеря, – Ред.), а на нем икона "Господь благословляет детей". Он упал под дружный смех детей: "Вот еще и флаг у нас свалился!" Нравственная ситуация здесь проявилась очень наглядно. В душе возникла большая скорбь за детей. Я остановил линейку и долго не мог найтись, что и как сказать. Не было слов.

    – Помните, как падал взрослый?

    – Помним.

    – Смешно было?

    – Смешно...

    – Это значит, у вас уже навык – все высмеивать. Только там, где возникает смехотворство, оно завершается, как правило, кощунством, то есть надругательством над святыми предметами, над святыми понятиями, над богозданным человеком. Вот и сегодня все вы дружно посмеялись над упавшим. И в этом ничего плохого не заметили. Значит, такой навык у вас есть. Но посмотрите, какое нам Господь дает вразумление. По Его воле на ваших глазах ветер сорвал наш флаг. А вы дружно посмеялись над этим. Два часа назад, на эстафете, посмеялись над воспитателем. А сейчас по этому навыку вы посмеялись над кем?

    Дети ответили почти сразу:

    – Над Богом.

    Этот вывод они сделали сами. И когда они его сделали, вдруг наступила глубокая тишина. Смеяться уже никому не хотелось. Линейка завершилась.
    Много таких ситуаций было на поселении. Если удавалось их разрешить, то дети после этого говорили, делясь своими откровениями: "Как же я так мог?" Подходили с ясным сознанием того, что поступили плохо. А нам, воспитателям, было видно, что это Господь коснулся наших сердец Своею благодатью, одновременно проявив к нам и Свою милость.

    Заключение

    В завершение этого доклада хочется особенно сказать, что религиозное, духовное, умственное и нравственное воспитание сегодня очень затруднено – воспитатели не слышат ясно этих областей жизни детской и своей души. Слишком глубоки они для современного человека. Если расположить их для наглядности в более знакомый всем ряд, мы получим сначала "страстный" уровень, затем "исследовательский", после – "душевный", и только после этого идут умственный, нравственный и духовный. Из-за этого трудно составить методическое пособие и еще труднее приготовить специалиста, распознающего эти уровни. Ценность такого труда неоспорима, и без него, думается, российский народ не поднять.
    Да укрепит Господь всякого, кто трудится на этом поприще. А о нас смиренно просим ваших молитв.

    С.П. ПОПОВ, преподаватель,
    сотрудники и учащиеся
    Епархиального училища православной катехизации
    и церковной педагогики Преподобного Сергия Радонежского,
    Волгоград
    Художник Г.А. Скотина
    Фото Евгения Крылова

    Спонсор публикации статьи: Мебельная компания «Ампир» - изготовление и продажа мебели в Москве и Московской области. В широкий спектр предложений компании «Ампир» входит изготовление кухонь, шкафов-купе, стенок, мебели для детской, спальни, гостиной и гардеробной. На Ваш выбор продукция из ДСП, МДФ, шпона, дерева и пластика, всевозможных цветов и оттенков. Кухни на заказ, от компании «Ампир» - это высокое качество и надежность, низкие цены и внимание к желаниям заказчика. Опытные дизайнеры и специалисты компании помогут воплотить в жизнь самые смелые идеи и решения. Подробнее ознакомиться с предлагаемыми услугами и продукцией можно по адресу www.ampir-mebel.ru

    TopList