Warning: mysqli_stmt::bind_param(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 68

Warning: mysqli_stmt::execute(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 78

Warning: mysqli_stmt::bind_result(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 79

Warning: mysqli_stmt::fetch(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 80

Warning: mysqli_stmt::close(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 83
© Данная статья была опубликована в № 04/2002 журнала "Школьный психолог" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "Основы православной культуры"
  • ПРОМЫСЛОМ БОЖИИМ ДАЕТСЯ СЧАСТЬЕ ЧЕЛОВЕКУ

    РАЗГОВОР С НЕЦЕРКОВНЫМ ЧЕЛОВЕКОМ

    ПРОМЫСЛОМ БОЖИИМ ДАЕТСЯ СЧАСТЬЕ ЧЕЛОВЕКУ

    Актуальные проблемы современности
    в творчестве преподобного Максима Грека

    Это не ошибка и не оговорка. Ибо в нашем XXI веке творческое наследие преподобного Максима Грека остается не менее актуальным, чем в XV–XVI веках, когда он жил и творил. И это не случайно. Потому что, по словам церковного писателя XIX–XX веков Е. Поселянина, "сила Христова над миром все та же. Тот же бой, та же победа, та же слава и то же блаженство одолевшему все искушения силой Христовой". В творениях православных святых даже давно минувших времен можно найти ответы на вопросы духовной жизни, которые волнуют нас сейчас. И в этом – ответ на вопрос, почему, несмотря на то что они были написаны подчас несколько столетий назад, они не теряют своей "злободневности". Как пишет в одной из своих книг диакон Андрей Кураев, "православный (не богослов) может читать Златоуста и не догадываться о том, в каком веке жил этот учитель; он может читать Ефрема Сирина и не осознавать, что держит в руках труд не грека и не русского, а сирийца"... Духовное наследие подвижников прошлого неподвластно времени. Чтобы доказать это, обратимся к жизни и творчеству преподобного Максима Грека, известного на средневековой Руси как "Максим-философ".

    Преподобный Максим Грек. Икона XVIII в. Москва Преподобный Максим Грек. Икона XVIII в. Москва

    В миру он звался Михаилом и происходил из греческого рода Триволисов. Отец его, Мануил, был воеводой в албанском городе Арте. С ранней юности стремился Михаил к познанию истины. Сперва – через светские или, как их многозначительно называли в старину, "внешние" науки. Он много учился – в Венеции и Флоренции, в Падуанском университете и в Германии. История, философия, богословие, итальянский, французский, древнегреческий и латинский языки – все это было постигнуто им за годы учения в Европе. В числе его друзей были философы Иоанн Ласкарис, Пико делла Мирандола, знаменитый издатель сочинений античных авторов Альд Мануций... Но, изучив науки и мудрость древних, Михаил Триволис убедился в их "лжеименности". Сущность духовного перелома, который он пережил, триста лет спустя выразил в своем "Плаче" подвижник и духовный писатель XIX столетия святитель Игнатий (Брянчанинов). "Я спрашивал у наук... покажите мне эту вечную собственность, это богатство верное, которое я мог бы взять с собою за пределы гроба! Дайте мне что-либо вечное, ничем неотъемлемое и верное!.. Науки молчали".
    Мало того, Михаил своими глазами убедился, что излишнее увлечение светскими науками и наследием античных философов подчас приводит к вероотступничеству. "Сколько я узнал в Италии людей, недугующих языческим нечестием!" – вспоминал он впоследствии. Из числа таковых некто Козембик Феррарский, превосходивший других внешнею ученостью, когда умирал, то говорил своим ученикам и друзьям: "Радуйтесь со мною, возлюбленные, завтра я буду почивать на Елисейских полях с Сократом, Платоном и со всеми героями!" В другой раз на его глазах некий ученый неаполитанец, увидев народ, идущий в церковь, сказал друзьям: "Пойдем и мы ко всеобщему обману!" Эти сцены не могли не ужаснуть Михаила, и не положить конец его поначалу пылкому увлечению наследием древних.
    Разочаровавшись в "еллинской премудрости", Михаил решил посвятить свою жизнь служению Богу. На Афоне, в Ватопедском монастыре, он принял монашеский постриг с именем Максим. Там, в несении послушаний, в молитвенном делании, им наконец-то был обретен желанный душевный мир. Однако его странствование по бурному житейскому морю еще только начиналось.

    В 1515 году, спустя 13 лет после ухода Михаила Триволиса в монастырь, великий князь Василий III обратился к властям Афона с просьбой прислать в Москву ученого монаха, который смог бы перевести на русский язык некоторые греческие и латинские церковные книги из богатой великокняжеской библиотеки. Это важное послушание было возложено на преподобного Максима. Он расстался с Афоном. Как оказалось – навсегда.
    Прибыв в Россию, преподобный Максим Грек перевел на русский язык Толковую Псалтирь, "Житие Пресвятой Богородицы" Симеона Метафраста, ряд сочинений святителей Василия Великого и Иоанна Златоуста. По заключению исследователей его творчества, переводы эти были самыми совершенными для того времени. Преподобный Максим исправил и некоторые ошибки в русских богослужебных книгах – Часослове, Апостоле, Триоди, сделанные либо переписчиками, либо неумелыми переводчиками. Конечно, эти поправки не всеми были восприняты положительно. Нашлись люди, которые обвинили чужестранца в "порче" книг.
    Но творческое наследие преподобного Максима не сводится исключительно к переводческим трудам. Он написал более 350 произведений на самые различные темы. Можно считать, что благодаря ему кругозор русского читателя значительно расширился. В своих сочинениях он цитировал Гомера и Платона, пересказывал историю Одиссея и другие античные мифы. Писал о Парижском университете и его студентах, об Иерониме Савонароле и Альде Мануции. Из его произведений русские читатели впервые узнали об открытии Кубы и Америки. Были трактаты, посвященные пользе грамматики и тому, как можно отличить опытного переводчика от неумелого.

    ...В то время и светских и церковных людей волновал вопрос о монастырских земельных владениях, на который по-разному отвечали ученики преподобных Иосифа Волоколамского и Нила Сорского. Преподобный Максим был близок к ученикам преподобного Нила, вошедшим в историю под именем "нестяжателей". В философском диалоге "Диспут об известном иноческом жительстве..." он доказывал несовместимость монашеского звания с накоплением богатств, особенно если их пытаются увеличить нечестным путем, забывая дела милосердия. Уже на склоне лет преподобный Максим написал замечательное по силе и смыслу сочинение о пожаре в Твери. В нем тверской епископ Акакий, друг и доброжелатель преподобного Максима, недоумевает, за что Господь послал Свой гнев на город. Святитель Акакий говорит о прекрасных богослужениях в тверских храмах, о сладкогласном пении в них. Говорит о звучных колоколах и благолепном церковном убранстве, на которые не жалели средств местные благоукрасители и жертводатели. Казалось бы, жители Твери не только не прогневали Бога, а напротив, угодили Ему. За что же Он покарал город пожаром?
    Но Господь устами преподобного Максима отвечает недоумевающему епископу: Что Мне в том, что вы Меня пишете с золотым венцом на голове, когда Я среди вас погибаю от голода и холода?.. Удовлетвори Меня в том, в чем Я скуден... посещение и довольное пропитание убогих, сирот и вдовиц – вот Мой кованый золотой венец. Так понимал преподобный Максим заповедь Христову о любви к ближнему и утверждение святого апостола Иакова о том, что вера без дел мертва (Иак. 2, 26).
    В нынешнее время возрождения российских монастырей и монашества представляет особую актуальность мнение преподобного Максима Грека о том, что желающий посвятить себя иноческой жизни должен прежде испытать свою готовность к ней, живя в миру. Если же он не научится смирению и послушанию, еще живя в миру, его монашество может принять только внешний характер и оказаться бесплодным. Это мнение преподобного Максима сходно со словам оптинского старца, преподобного Варсонофия (Плиханкова): "Есть два вида монашества – внешнее и внутреннее. Внешнее приобретается легко, но... трудно сделаться внутренним монахом".
    Замечательны сочинения преподобного Максима Грека об управлении государством, адресованные великому князю Василию III. В "Поучении начальствующим правоверно" он предостерегает, насколько опасны для правителя сребролюбие, гнев и мстительность. А это как раз могло относиться к самому Василию III, который безжалостно расправлялся с неугодными ему людьми, не щадя даже ближайших родственников.

    Среди произведений преподобного Максима, посвященных вопросам правления, наиболее ярко и трагично "Слово о нестроении и бесчинии власти". Здесь он прибегает к аллегории, напоминающей первые строки "Ада" Данте. Герой-автор встречает на перепутье безутешно рыдающую, ограбленную вдову, окруженную хищными зверями. Ее имя – Василия, означает не что иное как "царство". В образе скорбящей вдовы показана Россия, доведенная до отчаяния и нищеты "славолюбцами и властолюбцами". Вдова-Россия сетует: "Владеющие мною должны способствовать укреплению и утверждению подвластных им людей, а не пагубе и беспрестанному смятению". Но "нет более мудрых царей. Все живут только для себя, думают о расширении пределов держав своих. Друг на друга враждебно ополчаются, друг друга и обижают, и льют кровь... И вот, подобно вдовствующей жене, сижу я на пустынном распутье, лишенная поборников и ревнителей. О прохожий, безгодна и плачевна судьба моя". Удивительно, насколько злободневными кажутся сейчас эти строки преподобного Максима, написанные четыре столетия тому назад!

    Преподобный Максим Грек бы также одним из немногих, кто осмелился обличать Василия III за его развод с Соломонией Сабуровой, которую он, под предлогом бесплодия, сослал в монастырь, чтобы жениться вторично на Елене Глинской. Как известно, от этого брака родился впоследствии царь Иван Грозный... Конечно, обличения преподобного Максима не носили характера неповиновения властям. Просто он скорбел, что великий князь не соответствует идеалу правителя-христианина. "То, что у меня на сердце, о том я... ни с кем не говаривал, а только держал на сердце такую думу: идет государь в церковь, а за ним идут вдовы и плачут, а их бьют!"
    Но именно как к врагу отнесся к преподобному Максиму разгневанный Василий III. В 1525 году преподобного судили и сослали в Иосифо-Волоцкий монастырь, в одиночное заключение, без права читать и сочинять. Обвинения, предъявленные ему, были заведомо ложными: ересь, порча книг, шпионаж в пользу Турции, а также колдовство. По преданию, в этой первой и самой страшной своей ссылке преподобный Максим был утешен явлением ангела, который сказал ему: "Терпи, монах. Этими муками ты избавишься вечных мук". После этого видения преподобный Максим сочинил канон Святому Духу Утешителю, написав его углем на стене своей кельи. Это канон на 4-й глас. Известно, что этот глас "отражает состояние души между радостью и печалью, устремление к Богу". Если учесть, что сочинен канон в тюрьме, его припев потрясает. Потому что это – славословие Богу: "Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе". Такой же вдохновенной хвалой Господу канон и завершается. Хотя в нем нет-нет да промелькнут выражения, указывающие, в сколь суровых условиях находился в ту пору его автор.
    "Этими муками избавишься вечных мук". Это обетование ангела, данное преподобному Максиму, как нельзя более относится к нам, христианам современности. Ведь, по словам иеромонаха Серафима (Роуза), "мы мало знаем и чувствуем наше Православие, мы далеки не только от святых древности, но и от простых православных христиан, живших сто лет тому назад или даже одно поколение назад". Это утверждение аналогично известному пророчеству египетских отцов о том, что последние поколения христиан не будут совершать никаких подвигов. Однако, судя по этому пророчеству, и им будет дарован шанс на спасение. Им будут попущены скорби. И терпеливым перенесением их христиане последних времен превзойдут славнейших подвижников древности. "Этими муками избавимся вечных мук..."
    Спустя шесть лет над преподобным Максимом Греком состоялся новый суд. На этот раз приговор оказался более мягким – ссылка в Тверь. В Твери тамошний епископ Акакий участливо отнесся к преподобному Максиму. Благодаря этому после длительного вынужденного молчания он вновь смог заняться творчеством – составил толкования на Евангелие, Апостол, некоторые книги Ветхого Завета...

    Едва ли не самыми актуальными в наше время являются произведения преподобного Максима Грека, посвященные опровержению астрологии, веры в гороскопы и гадания по звездам. Потому что, по словам известного сектоведа А. Дворкина, Россию в настоящее время можно назвать "страной победившего оккультизма". И заглянув в любой газетный киоск, там можно обнаружить сонники, гороскопы и всевозможную зодиакальную символику. Но все это пришло на нашу землю отнюдь не в XX столетии, а намного раньше. И во времена преподобного Максима Грека среди образованных русских людей уже существовала мода на составление гороскопов и велись разговоры об исключительном влиянии на судьбу знаков зодиака. Знаменательно, что "звездознание" насаждалось на Руси иноземцами, в том числе – известным при великокняжеском дворе врачом-"немчином" Николаем Булевым. Есть мнение, что он был тайным агентом Ватикана. Под видом "приобщения к знаниям" совершалась духовная интервенция в Россию. Разоблачением ее и занялся преподобный Максим Грек. Прежде всего – вскрывая корни астрологии: "Лживое, нечестивое учение звездочетцев и предсказателей судьбы человека по дням рождения не свыше и не от благодати Святого Утешителя открыто халдеям, еллинам и египтянам, но самим лукавым бесом, на погибель верующим им". В одном из своих сочинений с характерным названием "О том, что Промыслом Божиим, а не звездами и кругом счастия устрояется человеческая судьба" преподобный Максим на примерах древних христианских царей и библейских персонажей доказывает, что все важные события их государственной и личной жизни определялись и определяются Промыслом Божиим. "Если же Господь, то не колесо какое-нибудь или фортуна и сочетание звезд, как утверждает заблуждение халдеев и египтян. Это дело и изобретение сатанинское! Мы же, не знаю, что с нами случилось, более слушаемся халдейских и германских беснований, нежели богоглаголивых учений, которые утверждают, что не от звезд, зодиака и сочетания планет происходит и зависит все..."
    Преподобный Максим упоминает о том, что даже лучшие из философов древности не верили в астрологию и не воспринимали ее как науку. "Ни Сократ, ни Платон, ни Аристотель, эти наиболее уважаемые и истиннолюбивейшие из числа эллинских философов, никогда не склонялись к согласию с обманчивым гаданием по движениям звезд, как это видно из их сочинений... Аристотель, уразумев, что это обман и что понапрасну гадание это пользуется... наименованием науки, осудил оное, признал презренным и ложным..." И великие древние полководцы – Александр Македонский, Сципион, Юлий Цезарь никогда не действовали согласно астрологии и одерживали победы. Так поступал и русский благоверный князь Димитрий Донской: "Каким содействием звездных гаданий погубил он безбожных? Кто же из царствовавших у нас после нашего крещения понуждался в астрологах против безбожных татар?" Тогда как нечестивые Саул и Юлиан Отступник, верившие в гадания, погибли.
    Преподобный Максим с иронией рассказывает о миланском князе Людовике Моро, который "к прочим своим бесчисленным злодеяниям приобрел себе некоего гадателя по звездному течению, магистра, именем Амвросия Розада, который считался первым между тогдашними астрологами". Астролог уверил князя, что тот завоюет всю Италию. На деле же сделал воинственного злодея Моро своим рабом: "Даже когда нужно было садиться на коня, и если Амвросий скажет ему, что этот час не благополучен, то он вынимал ногу из стремени. А потом немного спустя тот по астрологии дозволял ему ехать..." В конце концов войско Моро было разбито французами. А сам он умер в плену. "Такова была кончина этого приверженца звездочетского обмана, таких благ удостоился он получить от гадания по звездам: доблесть погубил, начальства и живота лишился". Согласимся – этот пример достаточно поучителен и ярок, чтобы предостеречь от следования ему.
    Известны письма преподобного Максима к увлекшемуся астрологией боярину Феодору Иоанновичу Карпову, в которых он доказывает, что его занятия пагубны для души. Святой Максим Грек разграничивает полезные науки и астрологию. "Где найдется, чтобы я отклонил тебя, господин Феодор, от изучения медицины или другого какого-либо философского знания? Даже и от созерцания небесных светил и познания их движения я тебя не отвожу. Не от этого я тебя отклоняю, но от излишних и запрещенных учений, как отвлекающих мысли от веры, а приписывающих все звездам и заставляющих их оттуда ждать помощи и укрепления. Следует нам стараться быть мудрыми в Божественном Писании... а не ради стыда перед иноземцами, как ты говоришь, искать обучения вредным наукам".
    Опасность астрологии преподобный Максим видел прежде всего в том, что она отвращает людей от Бога, заставляя верить в сочетания звезд, тем самым делая их богоотступниками и слугами сил тьмы. Сам Господь подтвердил правоту его слов: распространитель астрологического учения немец Николай Булев предсказал новый всемирный потоп, но внезапно умер сам, не дожив до его предполагаемой даты. Преподобный Максим откликнулся на его кончину иронической эпитафией: "Миру убо преставление предвозвещати спешил еси, о Николае, повинув все звездам. Внезапное же жития твоего разорение предрещи не возмогл еси".

    Последние годы жизни преподобный Максим Грек провел в Троице-Сергиевой Лавре. Там он был и похоронен. За три года до его кончины его посетил царь Иоанн Грозный, который только что завоевал Казань и отправлялся на поклонение белозерским святыням. Святой Максим просил царя позаботиться о вдовах и сиротах воинов, погибших при взятии Казани. Царь не внял просьбе. И, по предсказанию преподобного Максима, во время паломничества лишился сына.
    21 января 1556 года завершилась земная жизнь преподобного Максима Грека. От раки с его мощами, а также при молитвенном обращении к нему совершались многие чудеса. Наиболее известно чудо, когда он явился в сонном видении царю Феодору Иоанновичу, осаждавшему город Юрьев, и предупредил его, что шведы навели пушки на его шатер. В благодарность за спасение от смерти царь велел написать для московского Успенского собора икону преподобного Максима.
    Уже упоминалось о том, что на Руси преподобного Максима Грека традиционно именовали Максимом-философом. И на иконах изображали с атрибутами философа, писателя или писца – с пером и чернильницей или с книгой в руке. Местное почитание его началось вскоре после его кончины. Отношение русских людей к жизни и творчеству преподобного Максима ярко выражено в текстах церковной службы в его память: "Воспети кий язык возможет по достоянию твоя, предивный отче, велия исправления, высокое учительство, в темнице и во узах мученическое страдание и долготерпение. Архиерейским Собором 1988 года преподобный Максим Грек был причислен к лику святых. Долгое время в литературе о нем (например, в книге М.Н. Громова, изд-во "Мысль", 1983) бытовало утверждение о том, что "могила его не сохранилась". Однако в 1996 году были обретены мощи преподобного Максима. В том же году издательством Троице-Сергиевой Лавры был выпущен трехтомник его произведений. Несколько ранее, в 1993 году, избранные догматические и полемические сочинения преподобного Максима Грека были переизданы в Твери. Тем самым преподобный Максим Грек, оставивший столь актуальное для современности наследие, будто вернулся к нам, чтобы своим мудрым словом вразумить, предостеречь, наставить на путь спасения нас, с любовью почитающих его святую память.

    © Монахиня ЕВФИМИЯ (Пащенко), Архангельск

    “ОБЫКНОВЕННАЯ ХРАМИНА”
    Высказывания святых отцов о познании своей души

    Человек тот, кто познал себя (авва Пимен).
    Узнать самого себя – самое трудное и самое полезное знание.
    Узнай самого себя – это всего труднее: самолюбие всегда преувеличивает наше достоинство в наших собственных глазах (Хилон).
    Не берись судить о других. А что до тебя самого, то удесятери плач и сокрушение о своих грехах, потому что, может быть, они в десять раз грешнее, нежели как думаешь, и в сто раз понизь доброту дел твоих, потому что, может быть, оно так и есть. Это правило предписывается святым Макарием Египетским (Феофан, епископ Владимирский).
    Всего легче обманывать самого себя и, надмеваясь пустою славою, почитать себя чем-то, будучи ничем (святой Григорий Богослов).
    Весьма хорошо один учитель Церкви сравнивает душу нашу с обыкновенною храминою. Пока свет солнечный не проникает прямо в храмину, нам все в ней кажется чистым и без малейшего праха; но откройте окно, пропустите чрез него луч солнца, и вы увидите в храмине целый столп пыли по направлению света солнечного. Для лукавого самолюбия нашего все и в душе нашей кажется чистым, светлым и даже украшенным. Но откроем сердце свое для света благодати Божией; пусть свет озарит сокровенно глубины души нашей: сколько праха в мыслях, сколько нечистоты в чувствованиях, сколько срамоты в делах увидит тогда каждый внутри себя! (архимандрит Израиль).
    Невидимые, но подлинные грехи видеть иногда препятствуют человеку видимые, но мнимые добродетели (святой Филарет, митрополит Московский).
    Как с высокой горы рассматривающие долину часто не видят находящихся в ней рвов, ям, текущих по ней нечистот, разброшенного смрадного навоза, так случается и с высокоумными. Они, смотря на себя свысока, видят только поверхность свою, а отвратительной глубины души своей, а нечистот сердца своего, часто тайных, но не менее того безобразных и гнусных, не видят.
    Многие ли из нас могут сказать о себе, что они знают, что они помнят все грехи свои и, следовательно, совершенно знают себя, каковы они? – Мы помним обыкновенно только малейшую часть грехов наших; помним только те грехи, которые или по недавности не успели еще изгладиться из памяти нашей или, по тяжести, слишком ощутительным делают для нас свое присутствие; но сколько грехов, которые мы почитали маловажными и забыли в ту же минуту, в которую сделали; сколько грехов, тяготивших некогда душу, но впоследствии, по легкомыслию, преданных забвению; сколько грехов, которые неприметны нам потому только, что они подавлены или вытеснены множеством других или недавнейших, или тягостнейших; сколько грехов, действительно маловажных, но сделавшихся важными по последствиям соблазна для наших собратий!
    Старайся познать себя самого и тогда будешь много знать (святой Тихон Задонский).

    TopList