Warning: mysqli_stmt::bind_param(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 68

Warning: mysqli_stmt::execute(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 78

Warning: mysqli_stmt::bind_result(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 79

Warning: mysqli_stmt::fetch(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 80

Warning: mysqli_stmt::close(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 83
© Данная статья была опубликована в № 34/2001 журнала "Школьный психолог" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "Основы православной культуры"
  • СВЕТИЛЬНИК ГОРЯЩИЙ И СВЕТЯЩИЙ

    ДИВЕН БОГ ВО СВЯТЫХ СВОИХ

    СВЕТИЛЬНИК ГОРЯЩИЙ И СВЕТЯЩИЙ

    Преподобный Макарий (Иванов) Оптинский

    Старец Макарий (Иванов) родился 20 ноября 1788 года. Он происходил из дворянской семьи Орловской губернии. Семья отличалась благочестием. Прадед его, Иоанн, после смерти жены стал иноком. Родители, коллежский асессор Николай Михайлович Иванов и мать Елизавета Алексеевна, нарекли старшего сына Михаилом в честь святого князя Тверского, память которого отмечается 22 ноября. Жили они в окрестностях Калуги, весьма красивом месте, близ Лаврентиева монастыря, архимандрит которого, Феофан, духовно окормлял их.

    Kогда Михаилу было пять лет, скончалась любившая его больше других детей мать, не раз говорившая про тихого и кроткого сына: "Сердце мое чувствует, что из этого ребенка выйдет что-нибудь необыкновенное!" В связи с болезнью матери семья поменяла место жительства. В городе Карачеве он начал и окончил школьное образование, а уж на 14-м году поступил на нелегкую службу бухгалтера, с чем отлично справился, обратив на себя внимание. Михаил много читал, ища разрешения важнейших вопросов ума и сердца. Любил музыку, отлично играл на скрипке, находя в ней большую отраду. На 24-м году жизни, уже по смерти отца, вышел в отставку и поселился в деревне. Управлял хозяйством плохо. Однажды мужики украли у него гречиху. Михаил их долго вразумлял, ссылаясь на Священное Писание. В результате мужики пали на колени в искреннем раскаянии на посрамление родным Михаила, которые над ним смеялись. Была сделана попытка его женить, но так как и лицом он был непригляден, да и стремления жениться не имел, то мысль эту так и оставили. Съездил он на Курскую Коренную ярмарку, купил там книг духовного содержания и погрузился в чтение.
    В 1810 году, осенью, он поехал на богомолье в Площанскую пустынь, где осознал свое давнишнее влечение и решился посвятить жизнь Богу. Там он и остался. Прислав братьям отречение от имения, он одно лишь просил: построить на тысячу рублей часовню на могиле родителя.
    В то время в Площанской пустыни находился ученик великого старца Паисия Величковского Афанасий, который не мог не заинтересовать юного молитвенника. Под его полное руководство он и отдал себя, получив тем правильное начальное направление. К сожалению, почти нет материалов, проливающих свет на эту дивную личность. У него было много переводов аскетических творений древних отцов монашества, сделанных преподобным Паисием. Они потом были изданы в Оптиной пустыни в переводе со славянского на русский.
    В Площанской пустыни послушник Михаил 7 марта 1815 года был пострижен в мантию с именем Макария, в честь преподобного Макария Великого. В 1824 году он ездил в Ростов на поклонение мощам святителя Димитрия Ростовского, после чего впервые был в Оптиной пустыни. На следующий год умер его старец, и преподобного Макария назначают духовником Севского девичьего монастыря. Так начинается его духовническая деятельность.

    Там произошла замечательная встреча. В его обитель приехал со своими учениками старец Леонид (Лев) (Наголкин). Преподобный Макарий вновь обрел себе руководителя. Это был ответ на его молитвы, ибо духовное сиротство тяжелее плотского. Хотя старец Леонид считал преподобного Макария сотоварищем в деле монашеском, но, уступая просьбам и смирению его, решился с ним обращаться как с учеником. Впрочем, их совместное пребывание скоро прекратилось: преподобный Леонид был отправлен в Оптину. Шла переписка, кончившаяся переездом и старца Макария в Оптину, в Иоанно-Предтеченский скит.
    Старец Леонид был необыкновенный человек. Он вел постоянную внутреннюю борьбу, творил Иисусову молитву, имел дар прозрения и исцеления. Чтобы укрыться от суетной славы, слегка юродствовал. Он не терпел неискренности, самомнения, теплохладности. Преподобный Макарий был постоянно при нем, до самой его смерти. Оба они "вынянчили" великого старца Амвросия, прозорливца и чудотворца. Это была атмосфера, насыщенная благодатью, совершающая чудеса.
    По смерти преподобного Леонида вся тяжесть подвига духовного руководства легла на отца Макария. Тихая радость о Господе никогда не покидала этого святого делателя, целившего и души и тела. Помазуя елеем из лампады, горевшей в его келье перед чтимой им Владимирской иконой, старец приносил великую пользу больным телом, и случаи таких исцелений немалочисленны. Особенно часты были исцеления бесноватых.
    Преподобный Макарий был роста среднего; лицо некрасивое, со следами оспы, но белое, светлое, взгляд тих и полон смирения. Нрав имел чрезвычайно живой и подвижный, память прекрасную: после первой исповеди на всю жизнь запоминал человека.
    С тех пор как преподобный Макарий появился в скиту, где его возвели в настоятели, жизнь его приняла характер, не изменявшийся до самой смерти. Она была полна попечений, как чисто пастырских, так и о внешнем благоустроении, с раннего утра до поздней ночи. Вокруг храма благоухали массы цветов, расходясь по бокам многочисленных скитских дорожек. Внутренность скита, превращенная в плодовый сад основателем преподобным Моисеем, усердно поддерживалась заботами отца Макария, и нередко зимою городские и сельские жители просили плодов для болящих. Сам старец, хотя и был иеромонахом, не служил из-за косноязычия и по глубокому своему смирению. Но зато с усердием пел он часто и со слезами. Особенно любил он песнопение "Чертог Твой".

    Старец жил в келье с левой стороны у самых скитских врат, разделенной коридором на две половины: для него и келейника. Его половина состояла из приемной и спальни, то есть маленькой кельи с одним окном на юг, откуда открывался вид на дорожку, ведущую от скитских врат к церкви.
    В этой келье старец прожил двадцать лет. Тут проводил он частые бессонные ночи и вставал на правило при ударе скитского колокола в два часа утра; часто сам будил своих келейников. Прочитывали: утренние молитвы, двенадцать псалмов, первый час, Богородичный канон с акафистом. Ирмосы пел он сам. В шесть часов ему вычитывали часы с изобразительными, и старец выпивал одну-две чашки чаю. Скрипела затем дверь в переднюю и появлялись посетители. Женщин принимал за вратами скита, в особой келье. Тут внимал он горю людскому. У него явно был дар духовного рассуждения, а также сила смирения и любви, что делало его слово особенно властным. После беседы с ним люди обновлялись.
    В одиннадцать часов звонили к трапезе, и старец туда шел, после чего отдыхал, а затем опять принимал посетителей. В два часа он, с костылем в одной руке и четками в другой, шел в гостиницу, где его ждали иногда сотни народа, каждый со своими нуждами, духовными и житейскими. Всех он с любовью выслушивал: одних вразумлял, других возводил от рва отчаяния. Преподобный Макарий понимал и разрешал современные ему вопросы общественной жизни России.
    Измученный, едва переводя дыхание, возвращался преподобный Макарий после ежедневного подвига утешения и исповедования страждущих людей. Приходило время молитвенного правила, состоявшего из девятого часа, кафизм с молитвами и канона ангелу-хранителю. Звонят к вечерней трапезе. Иногда ее ему приносят. Но и в это время он принимает монастырскую и скитскую братию, если кто из них не успел побывать днем на ежедневном откровении помыслов. Если долго не бывает кто-либо из приходящих к нему постоянно, старец беспокоится, сам приходит к тому в келью и притом всегда вовремя, оставляя после себя успокоение и веселие. Он же давал послушание о чтении святоотеческих книг, назначая каждому по мере его духовного возраста. Начинал старец с книги аввы Дорофея, называя ее "Монашеской азбукой". Праздности не терпел. Завел он поэтому в скиту рукоделья: токарное, переплетное и др. Каждый из братии знал и чувствовал, что бремя его трудов и скорбей разделяется любвеобильным и мудрым отцом. Преподобный так умел утешать и ободрять, что виновный выходил из кельи его, себя не помня от радости.

    Заканчивая день, совершали келейно малое повечерие, молитвы "На сон грядущим", две главы Апостола, одну Евангелия, потом, после краткого исповедания, преподобный Макарий благословлял и отпускал всех. Было уже поздно. Старец входил в свою келью, где мерцала лампада перед образом Заступницы. На столе лежала кипа писем, требующих ответа.
    За окном огоньки скитских келий давно уже потухли. Воцарялась молитвенная ночь. Старец опускался к столу. Он писал ответы на письма.
    Потухла свеча. Старец стал на молитву... Молитва в нем не прекращалась, будь он в многолюдствии, за трапезой, в беседе или в тиши ночи. Она источала елей его смиренномудрия...
    В 1947 году отец Макарий гостил у И.В. Киреевского в его имении Добине, где устроена была для него специальная келья. Здесь впервые зашел разговор об издании рукописей почившего старца Филарета Новоспасского. Этим было положено начало книжным занятиям в Оптиной пустыни. Дело перевода на русский язык и издательства святоотеческой литературы под окормлением отца Макария стало действительно соборным делом, в котором принимали участие и знаменитые профессора, и известные издатели, и насельники Оптинского монастыря и скита. Перевод и издание святоотеческого наследия благословил митрополит Филарет Московский. Переписка текстов происходила в приемной старца Макария в определенные часы, отрываемые старцем от отдыха. Всякое слово перевода, вызывавшее сомнение, обсуждалось, взвешивалось и не вписывалось в рукопись без его благословения.
    Напряженная деятельность по переводу и изданию духовных книг под руководством отца Макария и при попечении Киреевских продолжалось около десяти лет, до кончины братьев, а потом и старца. В итоге "в короткий срок в русский читательский обиход был введен ряд образцовых книг для духовного чтения и размышлений" (протоиерей Г. Флоровский).
    За год до своей смерти старец Макарий предсказал одной тяжко болящей помещице: "Ты выздоровеешь, а умрем мы вместе". Она скончалась 23 августа 1860 года. Спустя три дня старец внезапно заболел; 30 августа его соборовали. Он раздавал свои вещи, прощаясь и наставляя. К вечеру 6 сентября больному сделалось значительно хуже, и он вновь пожелал приобщиться Святых Таин, что и исполнил в 20 часов. Около полуночи старец потребовал к себе духовника и после получасовой беседы с ним попросил читать отходную. "Слава Тебе, Царю мой и Боже мой!", — восклицал старец при чтении отходной, обращая свои взоры то на стоявшую у его ложа на столике икону Спасителя в терновом венце, то на особенно чтимую им икону Божией Матери "Владимирскую".
    Ночь была очень тяжелой, но и тут через пожатие рук, благословением и взглядами выражал он свою благодарность ухаживающим за ним. В шесть часов 7 сентября он приобщился Святых Христовых Таин в полном сознании и умилении, а через час, на девятой песни канона на разлучение души от тела, великий старец Макарий тихо и безболезненно отошел ко Господу в Чертог Небесный.

    Из книги "Преподобные старцы Оптиной пустыни".
    Москва – Рига, 1995

    TopList