Warning: mysqli_stmt::bind_param(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 68

Warning: mysqli_stmt::execute(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 78

Warning: mysqli_stmt::bind_result(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 79

Warning: mysqli_stmt::fetch(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 80

Warning: mysqli_stmt::close(): invalid object or resource mysqli_stmt in /srv/www/docRoot/issues/vos/lib/Common/Adv.class.php on line 83
© Данная статья была опубликована в № 29/2001 журнала "Школьный психолог" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "Основы православной культуры"
  • ПРАВОСЛАВИЕ ПРЕВЫШЕ ВСЕГО

    СЛОВО ПАСТЫРЯ

    ПРАВОСЛАВИЕ ПРЕВЫШЕ ВСЕГО

    В жизни человека есть только две важные вещи – молитва и работа. Молитва – для его души, работа – для его тела. Это как два крыла у птицы, на которых она взлетает в небесные выси.
    Именно в силу молитвы удается сделать порой невыполнимое.

    Архиепископ Красноярский и Енисейский Антоний
    (Из интервью от 16 июля 1999 года Л.А. Сорокиной)
    Владыка Антоний Владыка Антоний

    Его высокопреосвященство архиепископ Красноярский и Енисейский АНТОНИЙ, по отзывам людей, его знающих или встречавшихся с ним, человек спокойный, ровный в общении, очень доброжелательный, умеющий и находящий время оказать внимание, позаботиться о каждом человеке в отдельности, найти для него добрые, ласковые слова, хотя владыке приходится бывать в разных обстоятельствах, решать нередко тяжелые, спорные вопросы, разговаривать с разными людьми, ведь под его святительским омофором – необозримые просторы нашей Отчизны. В 1999 году владыка получил благословение Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия принять под свой святительский омофор Хакасию с Тувой.

    Нам посчастливилось, именно посчастливилось в силу чрезвычайной занятости владыки, быть принятыми им и почувствовать ту невидимую, невыразимую словами благодать, окружающую владыку. Его высокопреосвященство ожидал нас на даче, небольшой и очень красивой, построенной из дерева и похожей на ажурные строения в Кижах. Дом стоит в сосновом бору, на высоком берегу Енисея, красоту и мощь которого трудно передать словами. Испросив благословения, мы задали владыке первый вопрос:

    – Ваше высокопреосвященство, вы – архипастырь Красноярско-Енисейской епархии, само название которой говорит о необозримых просторах. Я, конечно, буду не очень оригинальна, но тем не менее спрошу: трудно ли управлять такой огромной территорией?

    – Да, здесь огромные просторы, и разъезжать приходится много, большое количество времени уходит на дорогу, маршруты бывают самые разные и продолжительные. Если автомобилем, то километров на 300–400, поездом – на 700–800 километров и более, ну и самолетом – в Норильск, Хатангу, Туруханск. А в Туруханске пересаживаюсь в вертолет и лечу в какой-либо таежный поселок. На собачьей упряжке, на нартах приходится ездить, правда, нечасто такое бывает. И конечно, в Москву. Должен сказать, что именно в этом все трудности. У нас территория четырех Франций, а населения здесь проживает чуть более трех миллионов человек, как, к примеру, в Литве, где ранее проходило мое архиерейское служение (Вильнюсская епархия). Я тогда, будучи архиереем, был даже избран кандидатом в депутаты Верховного совета Литвы. Это разрешалось в те времена. Но неожиданно, перед самыми выборами в депутаты Верховного совета, меня перевели в Тюмень. Очень жаль было расставаться с Литвой, ведь я там вырос, но новое назначение воспринял, как и подобает монаху, со смирением и спокойствием и считаю это Промыслом Божиим.
    В Красноярско-Енисейской епархии служу вот уже одиннадцатый год. Здесь бывают и такие территории, где на один квадратный километр приходится, по статистике, 0,001... человека. Из дальних пределов торопишься возвратиться домой, к накопившимся неотложным делам, и тут же выезжаешь в Енисейск, там тоже неотложные дела, из Енисейска в Ачинск, из Ачинска в Шарыпово… Бывают и различные церковные ситуации, требующие моего личного внимания. Да простит меня моя добрая, милая красноярская паства за частые и длительные отлучки, я очень скучаю по ней и богослужению в кафедральном соборе, но ничего не поделаешь.

    Крестный ход. Туруханск Крестный ход. Туруханск

    – Владыка, расскажите, пожалуйста, о сибиряках, какие они?

    – Господь создал здесь природу очень самобытную, изумительную, места просто неповторимые… Где бы я ни бывал – везде своя особенная красота. И человек по ней. Люди здесь хотя и разные, но хорошие, объединенные одной характерной чертой, всегда присутствующей у сибиряков, – бескорыстной взаимопомощью. Это очень замечательно. Кто бы ни был в какой беде – всегда помогут, всегда. Был такой случай. Выехали из Норильска в аэропорт Алыкель при очень неблагоприятной погоде, в самую настоящую снежную бурю, вокруг все заметает, образуются огромные снежные сугробы, наша машина с заносами справиться уже не может, заехала неизвестно куда. Остановились, ни зги не видать, знаете, как у Пушкина описывается в "Капитанской дочке": "Ветер завыл; сделалась метель. В одно мгновение темное небо смешалось со снежным морем. Все исчезло…" Нам на помощь тут же выехала более мощная машина. Сибиряки, если человек в беде, откликаются сразу же и абсолютно бескорыстно. У нас и беды общие, и радость становится общей. Наверное, поэтому, когда к нам приезжают москвичи, они всегда восхищаются гостеприимством, щедростью, открытостью сибирских людей. Хотя те, кто приезжает сюда на постоянное жительство, поначалу встречаются не очень дружелюбно. Но это только поначалу. Сибиряк любит, чтобы рядом с ним, вокруг него были люди хорошие, чтобы отношения были добрые, а потому прежде чем повернуться к человеку всей душой, испытывает его. Сурово, строго, иногда даже и грубо. Кто тебя знает, какой ты. Когда же приехавший человек приживется, побудет какое-то время, все улаживается. Климат взаимоотношений приходит в норму, становится по-человечески добрым и хорошим.

    – Ваше высокопреосвященство, если можно, личный вопрос: откуда Вы родом, как проходило Ваше детство?

    – Родом я из Воронежской области, родился в 1939 году, был совсем вот таким (владыка ладонями показывает, каким маленьким он был), когда отец ушел на войну, и удивительно, что какие-то впечатления остались в памяти. Помню голод, страшный голод, мама пекла лепешки из желудей с отрубями, мне давали еще что-то очень горькое (это был хинин, наверное, от цинги)… Но тем не менее все выжили, хотя нас у мамы было пятеро. И все здоровые выросли, получили хорошее воспитание, образовались в жизни. И я был счастлив в детстве в противоположность, например, сегодняшним детям, о которых мамы часто не заботятся, которых оставляют, не хотят иметь… С огорчением слышишь это от молодых женщин. Молодая мама так и заявляет: "Он мне мешает жить". Конечно, это люди неверующие, неправославные. Какая же лучшая, счастливая жизнь может быть для матери, чем воспитание ее дитяти? Меня это удивляет.
    Отец чудом вернулся живым с войны. Его однажды вели на расстрел (это было в Польше), уже подвели к оврагу, уже он вспомнил свой дом, деревню… Немцы показывают ему – беги. Он решил, что хотят выстрелить в спину, пошел. Когда оглянулся, видит – они смеются, почему-то опустили автоматы, и тут он дал такого стрекача, что только его и видели. Был чуть не осужден СМЕРШем, но благодаря необыкновенному таланту техника (он самоучка-самородок, у него было много изобретений, его даже показывали после войны в киножурналах) остался жить. С Советской армией дошел до Берлина. После войны папа решил переехать с семьей в Литву, была такая возможность. Сначала жили в полуподвальном помещении, потом дали нам просторную квартиру с высокими окнами, она мне очень нравилась.

    – Вы говорите, что были счастливы в детстве, хотя оно было трудное... Почему?

    – Да, я был счастлив в детстве благодаря в первую очередь маме. Моя мама была очень верующим человеком, и она научила меня молиться с самого раннего детства, молиться утром, вечером, перед обедом, после обеда, как и положено, и перед началом всякого дела: "Господи, благослови!" Мама любила богослужения, постоянно водила меня в церковь, и я тоже, как и мама, очень полюбил богослужения, в храм ходил с удовольствием. Думаю, что если бы мы тогда остались в нашей воронежской деревне, то у меня не было бы возможности посещать храм, я бы, может быть, никогда не стал бы и архиереем. Господь так, наверное, судил. Любил пение в церкви, монахов, даже завидовал их жизни – там мир, тишина… На клиросе стою с ними, пою… Душа с этим уже никогда не расставалась.

    А как складывалась Ваша жизнь в школе?

    – Когда всех принимали в пионеры, мама мне наказала: "Ты им скажи, что ты верующий, вот и все. Хотят, пусть принимают, ты не отказывайся, не хотят – пусть не принимают". В результате, конечно, было все: я жил как белая ворона в стае, но, слава Богу, еще тогда понял (потом и в армии, и в комсомоле): ребятам самим это безразлично, они меня не так уж и третировали. Конечно, директор школы вынужден был как-то реагировать, ведь на него тоже оказывалось давление, хотя он был неплохим человеком… Маму вызывали, стращали лишением родительских прав, отправкой меня в детский дом. Как-то на учительском совете директор меня спрашивает: "Будешь ходить в церковь?" Я стою молчу. Он опять повторяет вопрос: "Будешь ходить в церковь?" Я по-прежнему молчу. Тогда он говорит: "Посмотрите на него – стоит, как немой. Вы бы послушали, как он в церкви по Псалтири читает!" Я к тому времени уже хорошо читал по Псалтири, пел и, стоя на учительском совете, про себя думал с внутренней радостью: "Да, а вот ты, хотя и директор, а не смог бы, как я, читать Псалтирь".
    За мной тогда была установлена слежка, учителя по очереди ходили в церковь высматривать меня. Я же всегда ходил на две Божественные литургии: раннюю и позднюю. На ранней – прислуживал в алтаре, слушал, как матушки поют, а на поздней – сам в хоре пел или в большом алтаре прислуживал. Как-то иду с ранней литургии домой (мы близко от церкви жили, и я заходил домой после ранней чаю попить), вижу, учительница истории идет, что такое, думаю. А она проспала: шла к десяти, чтобы меня поймать, а я уже домой возвращался. В общем, помучившись потом и с комсомолом, после восьмого класса ушел из школы и поступил в музыкальное училище, а учиться продолжал в школе рабочей молодежи. Стало легче, в музыкальном училище никто не спрашивал: комсомолец ты или нет; к тому же там уже были некомсомольцы. Помню, было у меня тогда искушение: идти ли мне по музыкальной линии, стать ли дирижером или оставаться петь в церкви (к тому времени я уже пел в архиерейском хоре). Решил не петь больше, пропустил несколько служб и тут почувствовал такой страшный душевный дискомфорт, что понял: без Церкви мне невозможно жить. Вернулся, просто прибежал в храм, и с какой радостью тогда пел!.. Более уже никогда такого рода мысли не возникали. После армии поступил в Духовную семинарию в Загорске, как тогда назывался Сергиев Посад. Там реально почувствовал, что Церковь – это моя жизнь, моя семья. Окончил семинарию, потом Духовную Академию, поступил в аспирантуру при Академии, был направлен учиться в Швейцарию, где пробыл три с половиной года. Надо сказать, что именно длительное общение с представителями других конфессий в Швейцарии дало мне очень глубокое внутреннее убеждение, что Православие – превыше всего. У Православия глубочайшие корни, идущие от Ветхого Завета. Православное богослужение, праздники, посты, сила всех событий церковных дает глубокое приобщение к вечности. Вне Православной Церкви это невозможно. Духовная сила каждого православного праздника несет в себе такое зерно правды Божией, которое потом через твое сердце, душу как бы растворяется во всей вселенной. И в вечности... Душа бессмертна. Надо учиться понимать православное богослужение, вникать в него…

    Водосвятный молебен в Красноярском речном порту Водосвятный молебен в Красноярском речном порту

    – Владыка, когда Вы приняли монашество?

    – Монашество я принял в 1971 году, на праздник Благовещения Пресвятой Богородицы, на четвертом курсе обучения. Надо сказать, что я дал себе установку в жизни: если до тридцати лет не женюсь – приму монашество. Принятие монашества для меня было осознанным, продуманным шагом. Никогда не забуду первого рукоположения, переживания непередаваемые. Ночь в храме, особое, высочайшее состояние души, думаешь, что ничего выше уже быть не может. Я вот сейчас, на первой Божественной литургии во вновь освященном храме во имя Святого апостола Андрея Первозванного, рукополагал во диакона и чувствовал, как он плакал. Я и сам чуть не плакал… Держу руку на его голове, и все его состояние мне передается, мельчайшее трепетное дрожание души – все вместе с ним переживаю, слышу даже, как текут слезы у него. Он радуется радостью необыкновенной, не знает, как вместить в себя наполняющую его благодать, и всех присутствующих переполняет эта благодать. На Божественной литургии, при Пресуществлении Святых Даров она всегда присутствует, ею и живем, здесь же первая литургия, первое рукоположение… Особое чувство, благодатное.

    – Ваше Высокопреосвященство, расскажите, пожалуйста, о Вашем дальнейшем служении.

    – Служил благочинным в Каунасе. Был там один такой приход, где верующие, что меня поразило, решили побить своего священника камнями! Ему пришлось спасаться бегством. Вот такой был приход. Ничего не могу сказать о священнике плохого. Нормальный священник, академию окончил… Но не сложились у него отношения с людьми. Может быть, его ошибка состояла в том, что он уволил других священников и думал, что если будет меньше служб, будет больше народу собираться. Но это отнюдь не так. Я убедился, что на приходе должны служить обязательно два-три священника. Люди разные, душевный склад у всех разный, одному нужен один, другому – другой. Когда человек может найти духовника по своей душе, у которого он получит объяснение всего, что его волнует, – это ведь очень важно. Я вернул тогда священников, и церковная жизнь там понемногу наладилась, и убытку от этого никому не было, и даже наоборот. Да пусть будет и храмов больше, хоть на каждой улице по три храма – это только лучше! Это пробуждение духовной активности людей, любви к храму Божию.
    Потом меня возвратили в Москву, послали в Японию представлять Московскую Патриархию при митрополите Японском Феодосии в то время. Служил там три года с половиной. К тому времени уже был иеромонахом. Затем патриарх Пимен назначает меня благочинным московского Свято-Данилова монастыря. Он тогда только-только ожил, еще ремонтные работы не все были завершены, но служба уже шла. Наместником монастыря был сегодняшний владыка Ростовский и Новочеркасский Пантелеимон, мы вместе с ним служили, после него – архимандрит Тихон (теперь архиепископ Новосибирский и Бердский). Служение в монастыре мне всегда нравилось. Рано встаешь, молишься, день проходит как мгновение, радуешься праздникам, хоть устаешь безмерно, но как-то внимания на это не обращаешь. Приходишь после исповеди (народу много) в два часа ночи – в третьем, не то что ног, себя не чувствуешь от усталости, а нужно вставать на раннюю литургию. Помолишься, и ничего, и слава Богу. И опять идешь и служишь с такой радостью…

    Игумения Иверского Енисейского женского монастыря Варвара с сестрами. Игумения Иверского Енисейского женского монастыря Варвара с сестрами.

    – Владыка, трудно ли быть архиереем?

    – Архиереем быть очень легко. Ведь во время Божественной литургии, во время всякого богослужения в храме по воздусям ходишь. В остальное же время, в особенности когда решаешь какие-то очень важные жизненные вопросы и с болью в сердце встречаешь непонимание, даже пренебрежение, – бывает и тяжело. Но опять на богослужении преображаешься. Служба, акафисты, общение с нашим православным народом – все это приносит радость и обновление души. А сложностей немало, особенно много их было сначала – равнодушие, черствость, даже злое противостояние… Об этом рассказывать – могут слезы появиться. На красноярской земле к моменту моего прибытия оставалось всего семь приходов. На сегодняшний день мы имеем уже с Божией помощью 145 приходов. Ради этого и трудишься, и претерпеваешь всякое, это стоит того. Ведь народ здесь единодушен в том, чтобы в каждой деревне, в каждом селе был свой храм. Я придерживаюсь той концепции, и всячески внушаю это властям, что в успешном противостоянии сектантству и прочему фанатизму необходимо, чтобы в каждой деревне были построены деревянный храм или хотя бы часовенка (что мы и делаем по мере сил). Это же не так и дорого для властей. Маленькая часовенка будет напоминать каждому, откуда он родом, что он русский, что имеет свою веру, веру свои предков, что нужно возвращаться к своим истокам. К сожалению, это идет не так быстро, но вот уже, слава Богу, в епархии 145 приходов.
    Проблемы есть и сейчас, но уже в меньшей степени, да и опыта в управлении епархией появилось больше. Находишь какие-то оптимальные решения, инициативных людей... Сегодня и взаимопонимание с властями есть, но, конечно, не в той степени, в какой бы хотелось. Вот, например, сейчас все силы кладешь на возрождение собора Рождества Пресвятой Богородицы, который был построен архитектором Тоном, тем самым, кто строил храм Христа Спасителя в Москве. Исключительно красивый храм, тоже, как и московский, весь обложен мрамором. Его надо обязательно восстанавливать как можно скорее. Посмотрите, все люди, приезжая в Москву, теперь удивляются, как могло не быть храма Христа Спасителя. И я уверен, просто убежден в том, что если бы не Святейший Патриарх Алексий, храма бы не было. Его внутренняя убежденность, мудрость, такт, необыкновенное обаяние покоряют людей. Ведь к нему приходят самые разные люди, из разных слоев общества, приходят со своими, наверное, делами, а уходят воодушевленными, порой обновленными, возрожденными, становятся помощниками его. Святейший Патриарх выстрадал храм Христа Спасителя, именно он создал всю эту красоту. А какую огромную работу проводит Святейший Патриарх в остальных сферах! Взять, например, учебные программы. Что происходит в образовании, вы знаете. Усилия Его Святейшества дали свои результаты и в этом плане. Он не только первоиерарх, но именно лидер сегодняшнего возрождения Церкви. Это чувствуется и на местах, в епархиях – у нас есть мощный духовный потенциал в лице Святейшего Патриарха Алексия. Мы понимаем, что не все так просто, что бывает очень трудно, но посмотрите, какой международный размах приобрели Рождественские чтения. Колоссальная работа проведена в этом плане. Они стали очень значимым международным событием. Другие широкомасштабные программы, фестивали, в том числе и хоровые… Кстати, у нас тоже есть очень хороший детский хор. (Голос архиепископа Антония потеплел, он заулыбался. Да и как не быть замечательному детскому хору у владыки, который так любит пение!) Я, как уже говорил, очень люблю пение и поэтому несколько завидую мальчикам и девочкам, которые могут петь свободно, ни от кого не прячась (в отличие от нас, ведь нам приходилось укрываться за иконами, за святыми образами, чтобы кто-нибудь не увидел). Поэтому, когда приехал в епархию, моей мечтой и первой заботой, в числе других первоочередных задач, было организовать детский хор при кафедральном соборе. Нашлись помощники, хор получил название "София". Сам даже первые спевки проводил. В результате – успехи, успехи… Дети пели и на Патриаршей службе, но, конечно, и после Божественной литургии, в качестве исполнителей духовных песнопений. Их поставили на кафедре, и они прекрасно пели. Они стали лауреатами многих фестивалей, выступали в Западной Европе, даже в Америку летали.

    Архиепископ Красноярский и Енисейский Антоний и епископ Абаканский и Кызылский Иоанафан с духовенством. Крестный ход в г. Лесосибирске Архиепископ Красноярский и Енисейский Антоний и епископ Абаканский и Кызылский Иоанафан с духовенством. Крестный ход в г. Лесосибирске

    – Бывает ли у Вас свободное время?

    – Его практически нет. Но когда выпадает, то с удовольствием читаю не только богословскую, но и светскую литературу. Сейчас читаю замечательного писателя – Бориса Зайцева и нахожу очень много интересного для себя, делаю даже какие-то открытия. Он очень объективно смотрел на происходящее в его время, и у него очень хорошо отражены предреволюционные события.

    – Благодарю, Ваше Высокопреосвященство, за интересную беседу и прошу, если можно, сказать несколько слов нашим читателям.

    – Всем известна ваша замечательная газета. Полагаю, что все сотрудники достойны высоких наград за очень хороший, вдумчивый подход к тем публикациям, программам, которые проходят через газету. У нас буквально каждый приход выписывает ее, она всем нравится, и я бы сказал, что и священники заглядывают туда, чтобы в памяти восстановить что-то или даже прочитать новое для себя, потому что, когда они учились, не было воскресных школ. Хорошая газета, очень полезная. Полагаю, что нужно увеличивать тираж, как можно больше распространять ее на пользу нашего народа, и, конечно, детей. Они – наше будущее, за ними – те новые свершения, к которым призывает нас Россия.

    © Валентина МОРЕВА

    TopList